Когда они отошли достаточно далеко и затерялись в переулках, Симия развернулась к мужчине и обманчиво мягко и тихо, почти мурлыкая, спросила:
– Значит свободную жизнь показываешь?
– Не злись, – примирительно вскинув руки и делая осторожный шаг назад сказал Артур, чувствуя тщательно скрытую ярость девушки, – так было легче всего от них отвязаться.
– Легче всего? – переспросила та, делая стелющийся шаг вперед.
– У меня не было других идей, – отступая продолжил охотник.
– А вот у меня есть, – сказала Охотница за головами и стремительным рывком сократила разделявшее их расстояние, занося руку для удара.
** ** **
Проспав всю ночь, на утро я встал ни разу не отдохнувшим. Тело болело и чесалось, зашитая рана тянула и хотелось содрать повязки, стесняющие каждый вздох. Но переборов себя, я, как есть, сходил в таверну и плотно поел. Телу требовалась пища, чтобы быстрее восстанавливаться.
Когда вернулся в комнату, дополнительно подстегнул этот процесс настоями, вытяжками и примочками, что за ночь сняли воспаления, отеки и припухлости, а мелкие ссадины и неглубокие раны так вообще закрыли, оставляя красные полосы шрамов. Дольше всего провозился с повязкой на теле, от выступившей крови та прилипла намертво и пришлось сначала ее размачивать, прежде чем мне открылся вид на собственные живот и грудь.
Широкий длинный местами рваный порез покрылся коркой крови, по краям кожа краснела, но даже так я понимал, что все могло быть в разы хуже. За неделю, под действием дорогих лекарств, мне хотя бы не грозило воспаление, а рана точно затянется полностью. А уже к вечеру, если хотя бы еще раз сменю повязку, она перестанет кровить от любого резкого движения.
Решив побыстрее разобраться с этим и лечь спать, я приступил к пропитке нового куска чистой ткани, который потом ляжет на рану, вытяжкой кровавой незабудки.
В отличии от широко распространенного настоя, что являлся скорее народным средством, ведь приготовить его мог любой крестьянин, вытяжка была особым составом. Он был разработанным рунистами пару десятилетий назад для армии то ли Империи, то ли Баронств, этого уже никто не знает. Определенный сбор трав, последовательность их добавления и котлы с Рунами позволяли добиться безумной скорости заживления ран, взамен даря истощение. Вот только солдаты с охоткой меняли небольшую слабость на возможность не чувствовать боль от вчерашней раны. В конце концов, даже война не идет непрерывно, многие успевают восстановиться после прошедшей битвы и в следующую идут полные сил. В мирное же время вольные наемники и Гильдии охотно используют его, чтобы не терять боеспособности во время заданий.
Конечно, будь у меня время, я бы не стал пользоваться таким лечением. Проблема была в том, что помимо истощения организма, лекарство имело второй побочный эффект. Накапливаясь в крови, костях и мышцах оно начинало будто бы старить их. Опытный воин, получив обширную рану и залечив ее таким способом, должен был продолжать двигаться, разминаться и тренироваться ежедневно, иначе уже через два-три десятка дней не мог выстоять против себя прежнего и нескольких ударов сердца. За год такой разумный превращался в старика, у которого плохо гнулись не только руки и ноги, но даже пальцы. И назад это никак не обернуть, только предотвратить.
Но в моем случае тренировки стоит немного отложить, хотя бы на пару дней, пока полностью не смогу потянуться, не рискуя истечь кровью. С этими мыслями я закрыл глаза.
** ** **
Мужчина стоял на берегу и смотрел на море, что волновалось, но не игриво, а зло, готовясь обрушить валы воды на песчаный берег и утянуть случайного путника на дно. Зябко поведя плечами, я подошел к нему и молча стал рядом. Тот отвлекся от созерцания, окинул меня взглядом, улыбнулся и сказал:
– Не ждал тебя так рано, что-то случилось?
– Мне не дают покоя немертвые твари, с которыми пришлось столкнуться…
– И?
– Кто они и откуда, почему появились именно сейчас, кто их ведет, зачем… Вопросов много, ответов недостаточно.
– Ха, – улыбнулся мужчина, – вот это как раз и просто. Все ответы ты мог бы найти сам, если бы приложил чуть больше усилий и был повнимательнее.
– Не просветишь?
– В этот раз – легко, – снова улыбнулся он. – Начнем по порядку. Ты уже ходил в Храм и у жрецов узнал, что эти твари – бывшие разумные, извращенные не по собственной воле. Хотя не все, некоторые сами хотели стать такими. Кого-то вырвали из чертогов Белой Госпожи, кто-то еще был жив, но это не важно.
– А что важно?
– Важно знать кто это сделал и почему сейчас. Его имя тебе ни о чем не скажет, ведь ты его никогда и не слышал. Как и сотни его других имен. Сейчас все его называют, – тут мужчина осекся и всмотрелся в даль, чтобы потом покачать головой и продолжить, – не могу назвать его очередное имя, просто знай, что оно точно на слуху у многих. А сделал он это потому что вернулся, и такова его суть.
– А кто ведет этих тварей, куда и зачем?
– Поводырями выступают такие же монстры, только пока в обличии разумных. Ты с ними сталкивался уже, тогда, в Шахтах. И больше я сказать тебе ничего не могу. До встречи.
