А в общей зале разворачивалась маленькая драма с потрясением основ. Супруги Мондаир вместе с Троем Дрири уже спустились и тут же устроили ритуальные реверансы перед Эльзисом.
— Ваше величество, доброе утро, — за всех приветствовал короля док, как самый титулованный из троицы.
Вот теперь-то присутствующих и накрыло узнаванием — король! САМ! В пригородной таверне!
Пришлось величеству пресекать массовое поклонение. Для имиджа вредно, но времени мало.
У подавальщиц случилась тахикардия. И ничего он не жуткий, а и вовсе красавец. Чудище было забыто.
— Семеныч! Привет, ребята, — кивнула Ольга друзьям, — Семеныч! Оплати доставку, будь другом! Я провиант на весь табор заказала.
— А мы позавтракать собрались, — Юрна явно не осознавала масштаб кипежа.
— Дома, поедим. На ходу. Некогда, подруга. Некогда! Мы сюда только за вами!
Никем доселе не замеченный франтоватый мужчина с простецким, но волевым лицом подошел к стойке и постучал золотой монетой, призывая хозяина. Тот возник, как джин из бутылки, хотя причиной тому был не звон золота, а рыжий зверь за спиной. Тыря своё дело знала туго — раз кормить не будут, то надо держаться поближе к дорогой подруге, а для этого можно и двуногого поторопить.
Трактирщик при виде золотой монеты максимального номинала вроде как оживился. Это неплохой куш, а могли бы и вовсе не заплатить: с аристо всяко случалось. Семеныч оценил бледность работника общепита, заметил за его спиной рыжее ухо и добавил еще одну монету — на успокоение нервов. Труженик труженика всегда поймёт. Когда он закончил расплачиваться, зал таверны был уже пуст. Остались только Тыря, Ольга и пара ходоков — их транспорт до поместья.
Эта задержка едва не лишила отставших дивного зрелища — величество брал штурмом поместье своего друга. Вышколенная арратой Анахель прислуга попыталась не впустить и его, рассчитывая на магическую защиту поместья. То ли не узнали короля, то ли затупили от безнаказанности. Их проблемы. У Эльзиса с детства был беспрепятственный допуск в этот дом. Он мог и через подпространство войти без напряга, но заставить двери открыться — дело принципа. И привести прислугу к покорности, раз у друга Раима руки не доходят.
Зачинщицей микробунта была старая служанка хозяйки. Прислуживать госпоже в узилище её не допустили, вот она и принялась тиранить всех, до кого смогла дотянуться. Она тоже апролка, а значит, выше всех этих… И госпожа будет довольна, когда узнает, что порядки, ею заведенные, всё так же блюдут. Чужаков в доме нет и не будет!
Все эти резоны в три секунды стали достоянием величества. Ментал — его родная стихия. А на мерзкой старухе даже плохонькой защиты не было. И эта тварь так в город выходит? То-то сплетни об Анахель и Раиме не утихают. Чуть не придушил сволоту апрольскую, но об стену пару раз приложил.
— Оставьте ее, ваше величество, — Ольга протолкалась сквозь толпу друзей и гвардейцев. — Ей не впрок.
Эльзис, повинуясь, отшвырнул от себя расслабленное тело. А потом понял, что его земная подруга имеет в виду: старая карга получала удовольствие от побоев. Нет, Анахель всё же надо бы прибить. За жестокое обращение с прислугой. Нет в этом чести для аристократки! Куда безупречный Раим смотрел? Хотя у него отдельные слуги были. Мужчины. Прикончить аррату Анахель будет правильно. Специалист она классный, да ее содержание в подавителях уж очень хлопотно. Надо подумать, как это провернуть, чтобы дружище Шенол не слишком опечалился. Ольга точно не расстроится. Хороший подарок ей к свадьбе будет.
А Ольга смотрела на величество с сочувствием. Надо же, как ему важна сегодняшняя арена, раз он так расстарался. Гвардию припахал к транспортировке землян, поместье открыл… Так, хватит лирики. Нужно собираться.
А все равно зло берёт — втягивают в политику прямо за волосы. Как бы скальп не отодрали.
Его величество Эльзис закончил свою программно-приветственную речь, обернулся к строю наездников и кивнул Ольге, изящно протянув руку в приглашающем жесте. Пришлось топать, благо идти недалеко, метров десять.
