— Меня, к слову, деятельность госпожи Вадуд на должности управляющей полностью устраивает, — Эльзис сменил позу так, чтобы видеть советников, и голворил так, как будто продолжал не сеголня начатый разговор: — Крепость в идеальном состоянии, наездники более чем довольны, нгурулы в отличной форме и в хорошем настроении. Челядь и пастухи готовы ее на руках носить, насколько мне известно. Кстати, Сибас, поинтересуйся у своего миньона лавэ Метóка, почему наездники Западного корпуса недовольны? — Эльзис чуток помолчал, подмигнул Ольге и заговорил вновь: — Ладно, не напрягайся, сам скажу. Наши наезднички узнали, что последние два месяца их коллеги из Восточного получали дополнительную надбавку в треть жалования. И чтобы Совет глупостей не напридумывал, сразу скажу: корона дополнительных средств Восточному корпусу не отчисляла.
— Откуда нам про это знать? — буркнул Мингир, скорее из духа противоречия. Зато сказал сущую правду.
— Действительно, откуда? — вот сейчас Эльзис не скрывал ехидства. — Подсылы уже кончились или еще осталось? А? Мингир? Те, кого мы переловили, из твоего клана были. Неужто мы всех… того? Никто не вернулся? Серьезно?
— Толку с тех подсылов, — Мингир и не подумал смущаться. — Челядь из крепости не выходит, к наездникам не подступиться. Даже на хутор ходу нет, там этот ваш… — злобно презрительный кивок на Семёныча. — Даже стражников, которые тракт блюдут, не разговорили. Идиоты!
Жех Семёныч впервые за все время открыл рот:
— Так это были подсылы? — по скулам кузнеца прокатились желваки. — Следующего утоплю в яме с пуйфинами. — И таким тоном это было сказано, что и без эмпата понятно — утопит.
— Да ты… — взревел Мингир.
Эрик одним жестом прекратил скандал. Мингир заткнулся мигом. Сам. Видимо магический кляп был совсем невкусным.
— Жех, колись, что ты сделал? — Эрик обращался нарочито запросто, но чувствовалось, что это симпатия, а не презрение. — Колись!
— Да так, поздоровался. По-нашему, по-земному.
Пашка давился смехом, прикрывая рот рукой, Серафима улыбалась открыто. Эрик по-мальчишечьи прыснул. Он сто раз видел, как Пашка и староста хутора приветствуют друг друга. Да-а, изменило счастьице клановым. Не всякому нрекдольцу дано пережить рукопожатие кузнеца, сохранив штаны сухими. Не привыкли местные к таким приветствиям. В мире, напичканном магами, сие неосмотрительно. А Жеху бояться было нечего, с такими-то артефактами. Старый партиец неожиданно смутился такой реакции своих.
— А что надо было? Челюсти им своротить? Они Агава на базаре подловили, да Агав осторожен, как ящерица. Дурнем прикинулся. Ну и мне рассказать не забыл. Потом как-то на хутор просочились и к людям с расспросами полезли. Оль, ты же знаешь, какие наши простодушные. Они же на базар два раза в жизни выезжают, и то много. Сболтнут чего по наивности, а клятва убьет. Ну и пришлось… Хорошо, что порознь они были, тут свезло. Но третьего — точно к пуйфинам.
Ольга таки не удержала лицо, выгнула бровку. Какие шпиёнские страсти, однако. И она ни сном ни духом!
— А кого разговорили? — сорвалось невольное любопытство.
— Стражники — идиоты? Или подсылы? — подкусил в догон чем-то довольный Пашка.
— Мои люди идиоты. И стражники идиоты. — неожиданно разоткровенничался самый агрессивный советник. — Им же золото предлагали! А маги из департамента что-то буровили про изобретения. Но это же бред!
Эрик снова хохотнул, а Пашка фыркнул. Даже Раим Ща-как-дамыч расслабился. Явно был в курсе шпионской суеты.
— Па-аш? — Оля наклонилась, чтобы через Симу и Жеха видеть парня. — Что за история со стражей?
— Тёть Оль, ты что⁈ Да мужики за нас, в смысле, за Корпус, любого на крошево пустят и лоточникам на шаурму сдадут!
— Что такое ша-ма-р-ма? — уточнил чел из пятого кресла: не понял единственное русское слово из колоритной пашкиной тирады.
— Лапур по вашему, — ответил Пашка. А Ольга внезапно рассмеялась: таким недоумением разило от замшелых аристо.
— Павлуш, эти господа не покупают еду у лоточников. Ты мне объясни, что там со стражей.
— Ну, тёть Оль, ты же сама предложила, чтоб караваны за охрану отстегивали. Забыла?
— Помню. И что?
— Две части в казну короны, — Шенол заговорил так внезапно, что все вздрогнули. — Две части Шепри, как разработчику системы слежения и оповещения и как основному специалисту. Часть на содержание артефактов. Две части стражникам. Остальное — корпусу. За каждый совместно проведенный караван. Ты не знала? — Раим заглянул Ольге в лицо, удивляясь ее недоумению.
— Про деньги, поступающие от караванщиков, знала, а подробности долевого расклада нет, — Оля благодарно улыбнулась. — Три части с каждого каравана? Неплохо! Надо посмотреть, сколько там скопилось. Но мне кажется, есть что-то еще, чего я не знаю.
Пашка неожиданно засмущался.
— Ну, это… — заговорил он по-русски, но командирское «кхм-кхм» заставило парня сделать нужные поправки, — короче, я с доком договорился.
