Ольге смешно не было. Сима не знала, что их тут убивать планируют. И Павел тоже. Плечом она чувствовала, как напружинился Раим, но сделать ничего не успела. Успел Эльзис.
— Сибас, — голос короля звучал вполне вежливо, но с эдакой ленцой, и обращение просто по фамилии было, как бы это сказать помягче, провоцирующим. — Ольга права, ты теряешь хватку, мой друг, теряешь. Вам всем, господа хорошие, следовало получше подготовиться к этой беседе.
Ольга слушала короля и понимала — она не вывозит. Золотая шельма, сделай так, чтобы королёныш говорил подольше. Дух бы перевести. Помолчать. Стравить напряжение еле заметной дыхательной гимнастикой.
Ольга дышала и слушала. Она даже не предполагала, что величество, а с сегодняшнего для глава ее Рода, что бы это ни значило, так глубоко в курсе их финансовых обстоятельств. Хотя… Скрывать от Эрика бытовую текучку никому в голову не приходило. А что знает Эрик, знает и Эльзис, возможно даже с ментальными картинками. По мере того как Эльзис говорил об удачных начинаниях на хуторе, от «пентагона» так и тянуло каким-то вялым, как выдохшееся пиво, недоумением и прогорклым за годы скуки любопытством. Особенно много он говорил о земных овощах. Как будто дразнил. И ни слова о мясном бизнесе. Оля на секунду пожалела этих старых людей, ведь им уже ничего не интересно. А потом очнулась. Эта пятерка старпёров при поддержке главы Западного Корпуса, тоже старпёра, приговорила всех четверых землян. И Раима до кучи. Не дураки же они: такого врага за спиной оставлять. Придавила дикая усталость, такая внезапная и всеобъемлющая, что… Накрыло то самое состояние, когда она впервые осознала себя после забытья: уже не «овощ», еще не человек. Прострация длилась три долгих удара сердца. А потом пришла злость. Та самая безбашенная, не ведающая рамок злость, когда она, пацифистка и добрая мать, на полном серьезе готовилась выколоть глаз Брае ядовитым нгурульим шипом. И взяла бы грех на душу, если бы паршивка уперлась и не сказала нужного. Простить юной апрольской сучке попытку убить Раима никак не получалось. До сих пор. Никакой аутотренинг про подростковую неуравновешенность и прочие всепрощенческие бла-бла-бла не помогали. Ольги хватало только на внешнее дружелюбие к избалованной девчонке. Ну и Сима сдерживала, да еще заинтересованность короны в дедуле идиотки с дурным характером. Старина Оусс был плохим главой клана и поганым воспитателем, но он был великим целителем. Да, стар, но в отличие от «пентагона» жил полной жизнью. Иметь дела с кланом Оусс Ольга не желала. Когда спасли десяток тёток и подростков, которые оказались остатками спасшейся с горящего Апрола группы Оусса, Ольга непреклонно, даже жёстко, самоустранилась от решения их проблем. У короны и кроме нее, Ольги, подданных дофигища. Пусть высокомерными курицами занимаются люди на отдельном жаловании.
Эти мимолетные воспоминания дали краткий отдых нервам. Тогда, в горах, она спасение Раима организовала. Смогла. И сейчас должна. Советнички хотят словесную дуэль? Непонятно, зачем резину тянут, так или иначе, смертный приговор вынесен. Но раз хотят… Она будет цепляться за каждый миг жизни! Оле в бытность проектировщиком мебели случалось и депутатам офисы обставлять, и генералам кабинеты. И отмороженных бандитов, синих от многозначительных наколок, в заказчиках иметь. Один такой с двумя быками проект обсуждать приходил. В первый визит Ольга с ним, «бугром» этим, семь часов подряд проговорила. К концу сипела, как простуженная кошка. Полпачки бумаги извела, чиркала эскизы идей и говорила, говорила, говорила. Выспрашивала, что понравилось, объясняла технологические затыки и предлагала новые варианты. Потом на экран компа переносила удачное и снова говорила. Кстати, очень умный был дядька, соображал, дай бог иному конструкторскому бюро. Только зубом цыкал неприятно и сильно давил аурой. Ничего, договорились. Мужик был настроен сделать все по закону, без наезда. Потом к Новому году прислал дюжину бутылок шикарного крымского вина — так понравилась работа. Справилась же тогда. А ведь домашней неженкой была. И сейчас справится. Должна! Навык быстро думать и внятно, в двух фразах свои думы излагать она не утратила. Проектировщик-индивидуальщик, это специалист разговорного жанра. Да и характер потверже стал. По другому не бывает, если люди от тебя зависят. Надо же, вроде задумалась, а нить разговора не упустила…
