Зулин чихнул, сел и, морщась, потрогал затылок. На затылке росла внушительных размеров шишка. Рядом сидел Стив и с таким гордым видом поглаживал топорище, что можно было не сомневаться: шишка размером с куриное яйцо на затылке случайного планара — его личное творческое изобретение. Зулин поискал глазами Иефу, но наткнулся на своего фамильяра и даже удивился — таким презрительным было выражение кошачьей морды. Зверь смотрел куда-то мимо хозяина и сердито подергивал усами, и шерсть у него на загривке слегка топорщилась. Зулин смутился и отвел глаза. Перед фамильяром ему было стыдно.
— Я надеюсь, ты больше не собираешься ни на кого из нас кидаться? — язвительно спросил эльф. — Может, теперь нам удастся поговорить? Ну, знаешь, как это обычно делается: собеседники не кричат и не бросаются друг на друга с кулаками, не применяют друг к другу магию, и все такое…
— Я на нее не кидался! — мгновенно раздражаясь, вскинулся Зулин. — Это она на меня накинулась — можно подумать, вы сами не видели!
— Помнится, сначала я тебя вежливо кое о чем попросила, — раздался за спиной у мага тихий голос. Зулин вздрогнул и обернулся. В трех шагах сзади сидела на траве Иефа, направив на него взведенный арбалет.
— А это еще зачем? — севшим голосом спросил маг.
— На тот случай, если ты вдруг опять захочешь искупаться, — ответил за Иефу Ааронн.
— Послушай, друг мой, ну ладно они — но ты же разумный, здравомыслящий эльф…
— Именно потому, что я, как ты выразился, разумный, здравомыслящий эльф, я предпочитаю лишний раз перестраховаться. К тому же, арбалет — все-таки гарантия того, что ты меня выслушаешь.
— Валяй, — Зулин горестно вздохнул и изобразил покорность судьбе, но вид у него был обиженный. — Расскажи мне, как здравомыслящие эльфы превращаются в нервных поклонников ночных видений перепуганных бардов.
— Расскажу, — согласился эльф. — Здравомыслящие эльфы анализируют некоторые фразы перепуганных бардов и сопоставляют результаты анализа с тем, что им подсказывает опыт следопыта. А опыт следопыта подсказывает, что это озеро не просто мертвое. Оно убивает все, что к нему прикасается. Если бы ты был повнимательнее, ты бы заметил, что оно совершенно неподвижно: ни рыба хвостом не плеснет, ни камышинка не пошевелится. Осока по берегам жухлая и поникшая, над водой мошкара не вьется. Здесь очень удобный спуск, а ни одной звериной тропы нет, на водопой сюда никто не ходит. У берега водомерки не носятся, мальки в водорослях не толкутся… К тому же, когда ты начал выяснять с Иефой отношения, твой фамильяр очень забеспокоился и тоже полез в драку.
— Каждый фамильяр должен защищать своего хозяина, — с достоинством заметил Зулин.
— Прости, друг мой, но он тебя не защищал. Он помогал Иефе. А с фамильярами это происходит только тогда, когда их хозяева не владеют своим разумом. Ты ведь не владел?
— Ничего подобного!
— Не ври, Зулин, — все так же тихо сказала Иефа. — Я пыталась тебя заморозить. Я слышала этот голос. Ты ведь меня убить собирался, разве нет? Слегка придушить — и на дно. Ты себя не контролировал, Зулин.
— Вот и пришлось тебе по башке дать! — радостно встрял Стив.
— Я не собирался никого убивать, я просто разозлился! — планар набычился и угрюмо глянул на спутников. — Кто угодно на моем месте разозлился бы, если бы его несколько ночей подряд будили невнятными воплями, а потом, после двух часов ходьбы по пересеченной местности, не дали бы умыться и попить воды! За такие вещи и схлопотать недолго!
— Я, может быть, повторяюсь, — не повышая голоса, проговорила Иефа — но за такие вещи не душат.
— Демон Баатора! — Зулин нервно оглянулся на полуэльфку и снова повернулся к проводнику. — Ну, так судите меня, черти бы вас всех взяли! Раздули из мухи…
— Зулин, посмотри внимательно воон туда, — перебил его Ааронн и показал рукой на север. — Я думаю, ты сразу все поймешь.
Зулин поднялся на ноги, приложил ладонь козырьком ко лбу, пригляделся и шумно втянул воздух. Озеро имело форму неправильного овала и тянулось к северу на два полета стрелы. Одинокие черные вербы купали в неподвижной воде мертвые ветви, а на дальнем северном берегу высились три круглые башни. Маг выдохнул, потер глаза, но башни никуда не исчезли. «Странно, как это я их раньше не заметил», — растерянно подумал Зулин, и тут его внимание привлекло какое-то движение. У основания крайней правой башни двигались человеческие фигурки, казавшиеся совсем крошечными. И хотя на таком расстоянии разобрать что-то было трудно, маг изо всех сил вглядывался в противоположный берег, пытаясь понять, что с этими фигурками не так. Потому что двигались они как-то странно, очень медленно и неуклюже, почти как… Зулин вздрогнул, опустил руку и ошеломленно посмотрел на сопартийцев.
— Этого не может быть. Вы хотите сказать, что…
— Теперь ты понял? — Иефа опустила арбалет и устало потерла лоб. — Ааронн проверил: следы от вырубки огибают озеро справа. Вот тебе твои любезные сердцу мертвецы. Уж не знаю, что они там делают: строят или раскапывают, но их там больше сотни, и все они заняты этой треклятой башней.
