Зулин обернулся и с руганью шарахнулся от когда-то рыжей оскаленной морды, слепо глянувшей на него из темноты. Раздувшееся мохнатое тело, как на вертел, было нанизано на острые железные колья, торчащие из пола.
— Неделя или около того, — закрывшись рукавом, невнятно сказал Ааронн. — Надо сказать этому гибберлингу огромное спасибо — на его месте вполне мог оказаться кто-нибудь из нас. Зулин, ты еще сомневаешься на счет ловушек?
— Меня сейчас вырвет, — сообщила Иефа.
— На здоровье, — проворчал Стив. — Запахом больше, запахом меньше…
— Идиот! Выведи нас отсюда! Пожалуйста…
— Без истерик, Иефочка, без истерик, — Зулин уже пришел в себя и недовольно рассматривал труп. Пахло, конечно, неприятно…
— Пошли, — сказал Стив. — В прежнем порядке, шаг в шаг, и по сторонам смотрите. Зулин, ты не мог бы своего светляка чуток вперед передвинуть?
Маг щелкнул пальцем и сказал что-то невнятное, что напомнило Стиву одно очень неприличное дварфское выражение, но он решил не уточнять. Сфера качнулась и проплыла вперед ровно настолько, чтобы партия оказалась на границе света и темноты, и так застыла. Зулин вопросительно глянул на дварфа, получил в ответ мрачный кивок и еще раз щелкнул пальцем. Стив занял предводительское место, и партия медленно двинулась вперед.
От подножия лестницы в темноту уходил широкий каменный коридор. Магический светляк степенно плыл в воздухе, освещая покрытые полустертым орнаментом стены, на которых то и дело попадались держаки для факелов. Пройдя шагов сорок, Стив наткнулся на еще одного гибберлинга, пришпиленного к стене ржавым трезубцем. На вид трупу было не меньше года. Иефа ежилась и старалась дышать ртом, а дварф удивленно вопрошал самого себя, какого ляда здесь вообще делали гибберлинги, и главное, как они сюда попали. Обнаружив через некоторое время третий труп, Стив остановился и грязно выругался. Создавалось дурацкое впечатление, что гибберлинги толпами ходили в башню на экскурсии, причем с интервалом примерно в месяцев десять.
— Я только хочу понять, что эти твари забыли в нашей дварфской башне — это во-первых, а во-вторых, почему чем дальше, тем старее трупы? Должно же быть наоборот!
— Ну, во-первых, что могли забыть гибберлинги в дварфской башне — это, как изящно выражается Иефа, коню понятно… — Ааронн, присев на корточки, с интересом рассматривал распластанное под тяжестью каменной плиты тело. — Я, конечно, очень сомневаюсь, что они нашли здесь что-то для себя интересное, зато весьма любезно расчистили нам путь. А во-вторых… Почему тебя так смущает возраст этих трупов?
— Потому что они должны быть чем дальше, тем свежее! — Стив упрямо дернул плечом. — Как я понимаю, спустился один — сработала ловушка, помер он… Проходит время, появляется второй, проходит дальше первого, потому что та ловушка уже не опасна, попадает во вторую ловушку, сдыхает… Первый к тому времени уже должен сгнить наполовину… Не кривись Иефа, ты когда помрешь, тоже будешь… Ай! Третий проходит мимо первого и второго, попадает под этот камушек… Он должен быть самым свежим!
— Тем не менее, друг мой, все обстоит иначе. А ты не думал, что всему этому есть вполне разумное объяснение?
— Я, может, не самый тут разумный, но никакого объяснения не вижу!
— Они просто пришли с другой стороны — вот и все.
— С какой такой «другой», если тут только один вход-выход!
— Значит, где-то есть второй.
— Даже если есть второй, — вмешался Зулин, которому все это порядком надоело, — я не понимаю, что им здесь, медом намазано?
— А может, это место притягивает к себе? Ну, как магнит, а? — Иефа смутилась под удивленными взглядами спутников. — Я только хочу сказать, что ведь наше присутствие здесь тоже совершенно нелогично. С таким же успехом можно спросить и про нас — что нам тут, медом намазано? Погоди, Зулин, не начинай злиться, я понимаю, зомби, маги, тьма, озеро-убийца, наконец, простое любопытство — да, я все понимаю… Но ведь, сказать по чести, это же банальные отговорки. Мы не должны быть здесь. Просто не должны, и все. А мы есть. Более того, мы упрямо лезем через это маниакальное нагромождение ловушек, рассматриваем трупы различной степени свежести… Как будто нам больше нечем заняться в этой жизни!
— Иефочка, в последнее время ты слишком много паникуешь.
— Зулин, если ты заметил, я говорю совершенно спокойно, и я говорю, что мы тоже влезли сюда не совсем по своей воле.
— Мать вашу! — не выдержал Стив. — Может, обсудим это где-нибудь в другом месте?!
— Но…
— Действительно, Иефа, — поддержал дварфа проводник, — ты выбрала неподходящий момент. Пошли, Стив, веди дальше.
— Маньяки какие-то… Вот выберемся отсюда, тогда и разговоры разговаривать будем, а то, блин, развели тут… Осторожно, еще один… Со стороны бы на себя посмотрели… Философская говорильня над несвежими трупаками… Эстеты, так вас растак… Пригнитесь, умники… Кого угодно до кондрашки доведете… Моя бы воля…
— Стив, помолчи.
