— Прощения он хотел попросить, дурында! — гаркнул Стив, которого вдруг начали ужасно раздражать звуки. Ему очень хотелось, чтобы сопартийцы, наконец, замолчали.
— Стив, я не глухая, — поморщилась Иефа. — И я не с тобой разговариваю.
— Вот если б ты вообще заткнулась — тогда счастье было бы! — прорычал дварф и отшвырнул в сторону кролика. — Как же ж ты мне надоела-то уже — до блевоты надоела! Видеть тебя не могу! — Стив вскочил на ноги и диким взглядом обвел лагерь. — Жалко, что ты в этих башнях насовсем не осталась, сука!
— Стив… — у Иефы мелко задрожал подбородок и покраснели глаза. — Стив, ты что? Ты с ума сошел? Да что ты несешь? Стив? Что с тобой?
— Со мной все в порядке! Отцепись уже от меня, наконец! — Стив сжал кулаки и, трясясь от ярости, начал наступать на полуэльфку. — Что ж ты липнешь ко всем, как репей паршивый! Что ж ты дергаешь всех, ты!
— Стив! — Иефа вскочила на ноги и попятилась. — Стив, ты не в себе!
— Да ты кого угодно доведешь, тварь, ты на себя посмотри! Удушить бы тебя, да жаль руки пачкать! Да я таких, как ты, в штольню швырял и рудой засыпал, чтобы воздух не портили!
— Стив, уймись, — Ааронн тоже поднялся и заслонил собой бледную, как мел, полуэльфку. — Возьми себя в руки, не поддавайся…
— Защитник нашелся? — Стив недобро сощурился, отступил к своему плащу и схватился за топор. — Ну наконец-то, а я уж заждался…
Иефа охнула и сжала моментально вспотевшей ладонью рукоять меча. Вид у дварфа был безумный: его лицо, перекошенное гримасой ненависти, напоминало жуткую карнавальную маску или страшную картинку в книжке, Стив мелко дрожал, сжимая и разжимая кулаки, и кажется, готов был кинуться с топором на первого, кто посмеет шевельнуться.
— Стив, я не буду с тобой драться, — тихо произнес эльф.
— Будешь, — криво усмехнулся дварф и перехватил топор поудобнее, — еще как будешь! Куда ты, гаденыш, денешься…
— Стив, ты не понял. Я не буду с тобой драться, — повторил Ааронн.
— Лады, — радостно согласился Стив и ощерился. — Сейчас проверим.
Он крутанул в воздухе топором и двинулся к друиду. Из-за спины полуэльфки раздался клекот детеныша, Вилка выскочил вперед и бросился на обезумевшего дварфа, разевая клюв и грозно топорща перья на загривке. Иефа рванулась за ним, но эльф крепко схватил ее за локоть и оттащил назад. Вилка подбежал к Стиву и клюнул его в лодыжку. Дварф издал страшный нутряной рык и широко замахнулся топором.
— Не тронь! — отчаянно закричала Иефа, вырвалась из рук эльфа, метнулась к совомедведику и прикрыла его собой, пытаясь оторвать от дварфской штанины. Топор блеснул на солнце и пошел по дуге вниз. Иефа подняла голову, увидела обезображенное ненавистью лицо Стива, опускающееся лезвие топора, поняла, что увернуться не успеет, закрыла рукой голову и выкрикнула Слово, и еще, и еще раз, руке стало больно, очень больно и мокро, а потом наступила тишина.
Иефа открыла глаза и тупо уставилась на рябь желтых и коричневых перьев. Вилка не двигался. Совсем. Абсолютно. Не дышал, не трепал дварфскую штанину, не таращил желтые глаза. От запястья к локтю потекло, и рукав мгновенно набряк. Иефа осторожно повернула голову и со свистом втянула в себя воздух. Стив застыл статуей, успев опустить топор ровно настолько, чтобы распороть Иефе рукав и распластать кожу на предплечье. Кровь пропитала грубую ткань рубахи и теперь падала медленными темными каплями Иефе прямо на лицо.
— Помогите мне, кто-нибудь… — прошептала полуэльфка.
— Потерпи, не двигайся, — раздался у нее над головой голос эльфа. — Сейчас…
Ааронн медленно, с усилием приподнял топор и высвободил руку барда.
— Давай, осторожно, и Вилку забери. Быстрее, я долго не продержу.
Иефа обхватила детеныша поперек туловища и сильно дернула на себя. Раздался треск рвущейся ткани, в клюве застывшего совомедведя остался кусок штанины, а полуэльфка повалилась на спину, застонав от боли.
— Дальше, дальше… — пробормотал Ааронн. — Подальше его оттащи, да, вот так. Поставь его там… где-нибудь… Теперь помоги мне…
Иефа, хлюпая носом, уложила Вилку на свой плащ и подошла к Ааронну. Эльф явно торопился. Он отпустил топор и теперь пытался разжать пальцы, сжимавшие топорище.
— Что я должна делать? — спросила Иефа.
— Следи, — коротко ответил проводник. — Если оживет раньше, чем я закончу, заморозь его снова.
Ааронн — после долгих усилий — высвободил, наконец, топор из широкой дварфской ладони, отнес его к своим вещам и спрятал под плащ. Иефа во все глаза смотрела на Стива, и ей казалось, что вот еще секунда — и он снова начнет рычать и браниться, и эта жуткая чужая ненависть в глазах, ненависть, которой все равно, кого убивать, заставит его, обезоруженного, драться голыми руками. «Это не Стив, — прошептала полуэльфка, — потому что если это он, жить станет совсем хреново. Так что это не Стив».
— Да, ты права, — сказал Ааронн, вливая в оскаленный рот дварфа какое-то питье. — Это действительно не Стив. Вот только знать бы, кто?
— Он же меня чуть не убил… — ошеломленно проговорила Иефа. — И за что?
