Он даже не посмотрел на девушку, перед тем, как уйти и оставить ее в коридоре. Вздохнув, она пошла к себе.
Фанг задержал дыхание, пока Эйми не зашла к себе в комнату. Он сбросил одежду, морщась от боли после драки с Фьюри. Этот сукин сын бил словно кувалдой.
Он упал на кровать, истощенный, но не мог уснуть от мыслей об Эйми. В душе он понимал, что не может остаться здесь навсегда. И если она начнет выбирать себе в пару другого, ему надо будет уйти или убить кого-нибудь. Мысль, что кто-то будет дотрагиваться до нее, сносила голову.
Потому что каждый день, оставаясь здесь и не имея возможности быть с ней, он понемногу умирал.
Прошло несколько недель, а Фанг все еще оставался в Санктуарии.
Нет, он просто идиот, который не мог заставить себя покинуть Эйми. Он предпочитал оставаться здесь и страдать, имея хотя бы возможность прикоснуться к ней, когда никого не было рядом, чем уйти и страдать без нее.
Но с каждым днем становилось все хуже.
Торн был прав. В Санктуарии появлялись все виды отбросов.
Рена выкинули, после того, как он сошелся с какой-то дочерью политика, и теперь Пельтье и весь Омегрион горели желанием убить Тигарда, особенно после того, что рассказал его двоюродный брат на последнем собрании Омергиона.
Николетт была уверена, что парень был угрозой для ее бесценной семьи, а Эйми с упорством доказывала, что это была какая-то ошибка. Мать и дочь постоянно ругались друг с другом по этому поводу, и пару раз Фанг готов был вцепиться Николетт в горло за то, как она разговаривала с дочерью.
— Фанг, пожалуйста, перестань. Она моя мать, и я люблю ее.
Это все, что могла сказать Эйми, но было трудно сдерживаться, когда ее мать обращалась с девушкой, как с куском дерьма.
Что касается Рена, Фанг был согласен с Эйми, похоже, дальние родственники Рена пытались наложить руки на его наследство. Но прямых доказательств этого обнаружить не удавалось. Прямо сейчас была открыта кровавая охота на Тигарда, и стая тигров преследовала его.
По непонятной причине, Фанг беспокоился за Рена, сочувствовал ему, и надеялся на лучшее.
Сегодня ночью он дежурил в баре вместе с Сашей, Этьеном, Кольтом и Шерифом. Из всех братьев Пельтье, Фангу больше нравился Дев, Шериф занимал второе место. Хотя бы из-за отсутствия мерзкого характера Реми. Медведь был крут, и ему не надо было драться и доказывать это.
Саша был еще одним волком Каттагария, который приходил-уходил, в зависимости от настроения. Единственный выживший из стаи, технически он был охранником у богини. Но с тех пор, как богиня вышла замуж, у него стало меньше обязанностей. Ему становилось скучно, и он приходил пообщаться с остальными обитателями Санктуария. Высокий блондин Саша, обладал ужасным характером и неиссякаемым ядовитым сарказмом, что Фанг и оценил.
Фангу, не смотря ни на что, нравился этот волк, но природа их видов весьма осложняла их общение друг с другом. Будучи из разных стай, оба волка частенько задирались.
Близнец Кайла, Коди, сидел в баре вместе с Сашей и пил коку. Неожиданно он подавился напитком.
Нахмурившись, Фанг осмотрелся, ища причину такой реакции медведя. Его взгляд остановился на Эйми, одетой в обтягивающий топик и обрезанные шорты. Слишком короткие.
— О, черт возьми, нет, — сказал он прежде, чем успел подумать. — В этом ты работать не будешь.
Шериф согласно кивнул.
— Отлично сказано! Тащи свою задницу наверх и переоденься, пока Maman и Papa не увидели тебя.
Она окинула их «катитесь-вы-в-ад» взглядом.
— Может вы, люди, живете на солнце? Но я задыхаюсь здесь от жары, и в отличие от вас, неудачники, именно я ношусь с заказами туда-сюда.
Фанг презрительно усмехнулся.
— Тогда радуйся, что мы не одеваем тебя в парку.
Она гневно посмотрела на него.
— Ты не имеешь надо мной власти, волк!
Потом оскалилась на своего брата.
— А ты и подавно.
Шериф вытащил свой телефон из кармана.
— Я звоню Маman. Прямо сейчас.
Эйми зашипела на него.
— Я ненавижу тебя. Клянусь, однажды я подсыплю тебе яду! — Затем она обратилась к Фангу. — А с тобой я не разговариваю до конца ночи.
Его это устраивало, лишь бы она прикрылась. Ему не хотелось, чтобы она разгуливала вокруг в таком виде, да при такой роскошной фигурке. У них и без этого хватало проблем отбивать ее от людей и животных. Шериф протянул бутылку с пивом Фангу.
— За тебя, мой брат.
Смеясь, Фанг чокнулся с ним своей бутылкой в знак солидарности против женских нарядов, которые могли выглядеть хорошо только на женщине, с которой у тебя не было никаких отношений.
— Эй, Фанг, к тебе посетитель.
Он нахмурился, услышав голос Дева в своем наушнике.
— Вэйн или Фьюри?
— Не угадал.
Мгновенно посерьезнев, Фанг поставил свою бутылку. Единственный человек, о котором он мог еще подумать был Торн, но тот обычно не входил в парадную дверь.
Он судорожно вздохнул, когда жгучая боль пронзила его плечо, где находилась отметка Торна. Что за черт?
Стараясь не показать свою боль, он изучил помещение, и его взгляд остановился на Вэрике. Фанг не знал, как понял это, но имя появилось в голове словно вспышка.
