26 октября. Чехословацкий военный атташе полковник Липа привез нас на стадион, где в честь двадцатишестилетия шаха Мохамеда Реза Пехлеви состоялся спортивный праздник. Результаты упражнений на снарядах были неплохие. Что же касается бега, то на финише спортсмены испытывали сильную усталость: ведь Тегеран лежит на высоте тысячи двухсот метров над уровнем моря.
В городе много советских, английских и американских военнослужащих. Соединенные Штаты Америки в сотрудничестве с Советским Союзом построили в Тегеране большой центр по монтажу техники. Отсюда после сборки американские автомобили "студебеккеры", "доджы" и "виллисы" своим ходом, идут на восточный фронт.
Когда я фотографировал базар, то не заметил, как неожиданно меня окружила далеко не дружелюбная толпа. Я постарался побыстрее выбраться из окружения. Базар в Тегеране - это восточная жизнь в ее натуральном виде, без прикрас, со всеми своими неповторимыми запахами, криком, торговлей, жестикуляцией, пылью и грязью. Здесь через толпу на маленьких терпеливых осликах продираются люди в тюрбанах и верблюды, навьюченные пузатой поклажей. Здесь царит пестрая мешанина людей разных типов и оттенков кожи. Здесь увидишь прекрасную национальную одежду и тюрбаны самых необычных форм. Здесь встретишься с живым восточным темпераментом. Все это незабываемое зрелище!
1 ноября. У нас, на родине, - это день поминания усопших. Сегодня люди у нас идут на кладбище. К вечеру, как правило, уже подмораживает. Мы же здесь ходим в шортах и рубашке, и солнце печет так, как в Чехословакии в августе. Здесь деревья всегда покрыты листвой, но в самое жаркое время листья теряют свою свежесть.
Накануне отъезда нас сфотографировали - обязательное мероприятие корреспондентов перед отправкой транспорта. Фотограф уже готовился нажать на кнопку, как вдруг военный атташе неудачно пошутил, сказав, что кого-то из нас ему придется зачеркнуть на фотографии крестиком, когда придет сообщение о геройской гибели... (Кто мог знать тогда, что первыми будут чешский учитель из Каира и талантливый поэт, надпоручик Юрек. Они не знали, что им осталось жить три недели и три дня, что они погибнут на Безымянной высоте под Нижним Комарником при взятии последнего фашистского бастиона в Карпатах. Не знали и четыре других наших соотечественника, запечатленных на фотографии 1 ноября 1944 года в Тегеране, что они вскоре последуют за Юреком.)
2 ноября. Мы уже в распоряжении советского командования, и автомобили ведут шоферы-красноармейцы. В полдень отъезжаем в Пехлеви, расположенный на берегу Каспийского моря. Все выше поднимаемся в горы, вершины которых уходят в облака, любуемся дикой красотой Эльбруса. На скалах видны вулканические следы. Горы внушают страх. За азартную езду некоторые шоферы уже поплатились жизнью. Мы едем по очень узкой долине. Отвесные скалы нависают прямо над нами. Повороты над пропастями - без барьеров и без предупредительных знаков. Там и сям между скалами ютятся маленькие деревушки в персидском стиле, а вокруг - редкие деревца, вытянувшиеся до высоты пирамидальных тополей. Этот бедный край по-своему прекрасен. Проезжаем ряд советских контрольных пунктов, у одного из них останавливаемся. Пока не придет сообщение о том, что впереди нет тумана, нас не пустят. Наконец получено известие, что туман не угрожает, и мы едем дальше. Через некоторое время мы узнали, зачем такая осторожность. Серпантинами мы поднимаемся на самую высокую точку дороги, которая затем проходит по двухкилометровому туннелю под массивом Эльбруса. Туннель находится на иранской территории, он охраняется советскими частями. Бывший шах еще в 1935 году полностью переориентировался на политику держав "оси". В июне 1941 года шах провозгласил Иран нейтральным. Однако, исходя из обоснованного недоверия, 25 августа 1941 года советские войска вошли в Северный Иран, а англичане заняли южную часть страны. Этим была пресечена деятельность гитлеровской "пятой" колонны. Шах вынужден был отказаться от трона.
До туннеля мы добрались к шести часам вечера, а затем головоломными поворотами в течение полутора часов удальски скатывались вниз, к морю. Наш шофер Козловский, сын кавалерийского генерала, участник боев 1941 года под Москвой, показал нам во время этой сумасшедшей гонки вниз на тысячеметровую бездну, в которой недавно погибли советский лейтенант с водителем.
3 ноября. Сегодня отъезжаем из Пехлеви. Вдоль берега моря апельсиновые рощи с дозревающими плодами, чайные плантации (как раз шел сбор чая), рисовые поля, тутовые деревья. В летней резиденции шаха мы восторгались прекрасными садами, расположенными террасами. Народ здесь не производит убогого впечатления. Женщины носят шаровары.
В четыре часа дня грузимся на советский пароходик водоизмещением пятьсот тонн. В небольшом салончике советские люди гостеприимно угощают нас. Все очень вкусно. Некоторые члены экипажа живут и работают здесь вместе с семьями. Это простые добрые люди, привыкшие к суровой жизни. Здесь начинается иной мир.