Мы ночуем в Симбецу, где для нас открыли и вымели просторную комнату, “засики", в которой, очевидно, редко кто ночует. Да и кому охота ночевать в лесу, когда по ту и другую сторону есть города? В засики на почетном месте стоит огромная буддийская божница, закрытая от нескромных глаз, а в кухне под потолком полка с идольчиками, с резаной бумагой и пр., это божница синтоистическая. Две религии, таким образом, спокойно уживаются в одном доме и даже, может быть, в одном сознании японца. Так можно наблюдать по всей Японии. Старая “обаасан”, по всему, ревностная буддистка, однако очень любезно приняла нас, накормила простым, но вкусным с голоду ужином, и на ночь постлала пудовые “футоны” (можно было бы перевести это слово: одеяла, если бы они не были, скорее, похожи на матрацы).
18 августа. Преображение Господне. Утром помолившись и позавтракав, поехали дальше. Пять ри, и — Сибецу, цель наших стремлений. Дорога опять тянется нескончаемым девственным лесом. Приходилось переезжать вброд две—три речки. Иной раз дорога напоминала о наших земствах, в Японии и без них дороги иногда могут быть плохи.
Сибецу — небольшой городок домов в 250, своего рода столица этого лесного края. Подобно Бецукай, он состоит из небольшого селения в одну улицу и нескольких более или менее разбросанных деревень. О. Игнатий прошлый год прожил здесь целый месяц, каждый день проповедуя учение. Слушателей постоянно бывало человек с десять, приходили и другие, но не регулярно >. Он успел объяснить им в кратком виде Символ веры; многие сильно заинтересовались учением, но, конечно, в месяц не могли быть приготовлены ко крещению. Вот почему хорошо бы здесь иметь отдельного катехизатора.
1 Проповедь не была публичной.
Мы остановились в очень хорошей гостинице. На стене висел дешевый портрет знаменитых трех немцев (Вильгельма I, Бисмарка и Мольтке), перед которыми японцы особенно благоговеют. — Не успели мы пообедать, как к нам пришел один из слушателей, Сасаки, управляющий конторой одной из рыбных компаний. Все они знали, что в Неморо ожидается Николай, Сасаки послал даже письмо о. Игнатию, с просьбой пригласить Николай-сана и к ним в Сибецу. Увидав двух лошадей и какого-то иностранца на одной из них, Сасаки и подумал, что приехал сам Николай-сан. Мы с ним поговорили несколько. Человек, видимо, очень умный и весьма серьезно относящийся к вопросам веры. Перечитал он все книги о христианстве, какие только попадали к нему, некоторые православные книги даже выписывал на свой счет, что для язычника, притом торгового человека, уже очень много значит'. Сам еще не обратившись в православие, Сасаки уже и теперь горячо о нем говорил со своими знакомыми, разъяснял им разные недоумения, даже возражал на разные нелепые выдумки, которые распространяются про нашу веру буддистами, в особенности же протестантами. Мы уговорились с ним прийти сегодня вечером к нему на дом, где соберутся и прочие, желающие слушать учение; там поговорим о вере.
Проводив Сасаки, мы и сами пошли ходить по городу, хотелось видеть его, главное же — нужно было посетить дом нашего христианина Филиппа Итоо, который служит приказчиком в той же рыбной компании и принял крещение от о. Игнатия прошлый год. Дом его оказался совсем на околице. К сожалению, самого хозяина дома не оказалось: он уехал на рыбный промысел куда-то ри за 5 отсюда. Дома были только его мать — старуха, злая буддистка, не поддающаяся никакому влиянию и страшно ненавидящая христианство, потом жена и небольшая девочка — приемыш. Жена, как более молодая, не так фанатична, прошлый год довольно охдтно слушала учение о. Игнатия, только, конечно, живя постоянно со свекровью, находится под ее влиянием. Нужно при этом иметь в виду, что, по японским самурайским обычаям старых лет, молодая женщина, вступая в дом мужа, должна во всем следовать его родителям, находиться в безусловном подчинении им. Понятно, если мать или отец — фанатики,
невестка не может легко бросить их веру. — В комнате у самого Филиппа висит икона Богоматери. Христианин он, по отзыву о. Игнатия очень хороший, ревностно соблюдающий и испытующий веру. У них нечто вроде духовного братства с Павлом Огава, которого мы должны увидать в Кумбецу. Может быть, благодаря этим искренне верующим христианам и другие примут учение, подобно тому, как теперь, благодаря их постоянному исповеданию и разговорам, многие начинают над учением задумываться.
