Когда Япония была снова открыта для иностранцев и христианства, католические миссионеры, давно ждавшие этого момента (их епископ с миссионерами поселился на островах Лиу-Киу, как только прошла первая весть о начинающихся переговорах американцев и русских с японцами), опять при-
шли и отыскали своих бывших христиан. Теперь на Киу-Сиу много католиков.
Состав миссии католической очень многочисленный. Они имеют 4 епископов (один из них архиепископ); все они, за исключением одного титулярного, носят названия городов японских, в которых находятся их кафедры. Учреждены они лет пять тому назад с согласия японского правительства (прежде епископы носили другие названия). В четырех католических епархиях действуют 98 — миссионеров, 25 — монахов, 88 — монахинь, всего, стало быть, 215 европейцев. Потом, есть 24 — священника, 305 — катехизаторов, 2 — монаха, 3 — новиция, 27 — монахинь, итого 366 японцев. Всех католиков в Японии показано 52796 человек. Все цифры взяты из официальных католических сведений за 1897 год. Но о деятельности, успехе или неуспехе, приемах католической проповеди судить с определенностью нельзя. Известно, что они действуют больше благотворительностью. У них в воспитательных домах и разных школах, например, в 1897 году обучалось 6550 детей обоего пола. В больнице для прокаженных и в богадельнях призревалось 130 человек. Но деятельность свою католики скрывают. Нигде не слышно о публичной католической проповеди (в чем — прямой контраст протестантам, можно сказать, доводящим публичную проповедь до профанации, до неблагоговейной игры в апостольство). В католическом журнале никогда ни слова о деятельности катехизаторов, о поездках миссионеров или епископов. Известно, что японцы-священники допускаются только в Киу-Сиу из потомков прежних христиан, во всех же остальных частях Японии приходами заведуют непременно европейцы. Нехорошая черта у них та, что они, прибыв в какое-нибудь новое место, первые свои усилия направляют на христиан православных или протестантов, забывая, что перед ними безграничное море язычников. Этим, конечно, возбуждается недоброжелательство среди миссий, что к назиданию язычников служить не может.
Железная дорога идет от Мурорана на северо-восток до Ивамизава, где разветвляется звездой в разные стороны. Мы круто поворачиваем и едем на запад. Окрестности вообще напоминают Неморо. Те же леса, порубки, новь, те же бесконечные равнины, поросшие высокой травой, те же горы на горизонте. Небольшие, зарождающиеся селения пропадают среди нетронутой природы. День склонился к вечеру, когда среди порубок и леса мы незаметно подъехали и к столице Хоккайдо — Саппоро, большому городу с сорока тысячами жителей. Здесь находится все главное управление островом, все высшие учебные заведения. — Здесь же и главная квартира нашего отца Николая Сакурай.
На вокзале к бишопу подошел какой-то “реверенд”, а меня ожидали свои: отец Николай, катехизатор, несколько христиан, впереди же всех — русский учитель Павел Павлович С., который с истинно сибирским радушием настоял, чтобы я остановился у него.
адев рясу и крест, я отправился с Павлом Павловичем в церковный дом. Церковный дом стоит на собственной земле, сначала пожертвованной одним состоятельным христианином, а потом выкупленной общими силами всех здешних христиан. Произошло это двойное приобретение одной и той же земли следующим образом. Жертвователь оставил пожертвованную землю на свое имя (так как церковь, по японским законам, не имеет права собственности), а потом, к несчастью, разорился, и его имению и церковному дому, в том числе, грозила опасность продажи с аукциона. Тогда саппороские христиане выкупили место на имя катехизатора.
