В два часа назначен был “симбокуквай” в одном из христианских домов. С полудня пошел дождь, да такой, что просто целыми потоками лилась вода с неба. Улицы скоро превратились в какие-то грязные лужи, ноги вязнут, скользят, а сверху немилосердно поливает. А не идти невозможно, да и опоздать стыдно (хотя сами японцы в этом отношении замечательно неаккуратны: назначено три часа, стало быть" жди около пяти). Закупорившись разными фартуками и привесками в тесной “дзиньрикися”, я к 2 с половиной был в указанном доме. Христиан не было, да если бы и пришли, все равно говорить проповеди было бы нельзя: дождь так барабанил в деревянную крышу, что даже соседа можно было слушать только с напряжением. Сидеть было скучно, время пропадало без толку, а христиане не шли. Впрочем, и трудно требовать, чтобы много собралось: для женщин (усердных посетительниц "симбокуквая”) положительно невозможно было и шагу ступить наружу. Мы прождали до 4 часов. К тому времени дождь немного утих, собралось человек пятнадцать, по большей части подростков, и мы начали “симбокуквай”. Сначала, конечно, молитва, с ектенией о всех присутствующих, а потом речи. Одна молодая христианка рассказала житие мученика Феодота, а другая (гостья из Масике) краткую речь о необходимости блюсти свое сердце; потом что-то долго говорил Омура, а за ним и я (о катакомбах, которые я осматривал в Риме проездом в Японию, о ревности первых христиан и прочем).
После зашел к отцу Николаю на квартиру. Небольшой домик, пожалуй и тесный для его большой семьи (жена и четверо детей). В общем, очень чисто, прибрано, как и везде в городских японских домах. На главном месте висят иконы, перед ними богослужебный столик с трехсвечником, молитвенником и Евангелием. По стенам под самый потолок повешены в рамах различные надписи, изречения из Священного Писания или из китайских классиков, есть даже рамка с русской надписью, память об о. Арсении, который несколько лет тому назад бывал здесь. Подобные надписи так же обычны в
японских домах, как и в наших картины, и даже более. У язычников висят больше классики, у наших христиан — изречения из Евангелия и т. п. Пишут большой кистью, буквы выходят по нескольку вершков!. Ценится, конечно, почерк, каллиграфия, но еще больше имя писавшего! Писание знаменитых людей фотографируется и потом печатается. До сих пор можно найти снимки с почерка Кообоо-дайси, изобретателя японской азбуки. Мода совершено своеобразная, почти не имеющая ничего соответствующего в наших обычаях.
Вечер прошел у Павла Павловича. Пришел отец Нико: лай, пришли двое здешних выдающихся христиан Григорий и Александр, оба носят одну и ту же фамилию Абе, но совсем не родственники. Григорий Абе, богатый торговец, принял крещение в Хакодате двадцать семь лет тому назад, от преосвященного Николая, тогда еще не епископа. Теперь Григорий — глава большой семьи, строго христианской, одна дочь замужем за катехизатором (которого мы потом увидим), а другая за инженером, тоже православным. Александр Абе не так богат, но так же и даже еще более усерден к вере. Крещен он тоже лет двадцать тому назад. Дети все христиане, заметно хорошо по-христиански воспитанные. Александр всегда первый откликается на церковные нужды и охотнее всех жертвует. Благодаря ему выкуплен церковный участок и выстроен молитвенный дом. Теперь в душе его засела мысль со временем построить в Саппоро и настоящий храм. На это, конечно, потребуется гораздо больше денег, но было бы усердие; средства, хотя и с трудом, собрать можно. Особенно хорошо будет, если храм построится исключительно на японские деньги: к своему всегда будет больше усердия, больше и охоты потом поддерживать. И наши русские мужики не особенно-то берегут и поддерживают даровое; но попробуйте тех же мужиков уговорить самих за свой счет построить себе школу: можно быть уверенным, что и детей в нее будут они посылать охотнее, и денег найдут на ее поддержку. То же самое и здесь.
Мы долго просидели у Павла Павловича, беседуя о разных предметах. Сам он японского языка не знает, но весьма радушно относится к христианам, исправно ходит к богослужению, иногда и жертвует на храм. Этому нельзя не радоваться, пото-
му что пример гораздо действеннее длинных проповедей. К сожалению, редко приходится нам находить поддержку в мирских людях, поселившихся здесь, чаще нужно ограждать христиан от соблазна. Жена Павла Павловича ведет знакомство с христианками; говорить и она не может, но хоть вместе посидят и друг на друга посмотрят, и то не так скучно.
