– Это еще не все… – Николай, лавирующий мимо детей, выдернул Аню из толпы и, поместив одну руку на талию, а другой, сжав ее пальцы, притянул к себе. Он ощутил ее испытующий взгляд, потому сказал:
– До этого мы смотрели только на искусственно созданное небо или мерцающие вдалеке звезды. Но все это атмосферное искажение. Поэтому мы пойдем в обсерваторию и визуально коснемся неба.
Эти слова вызвали улыбку на девичьем лице.
– Но разве смотровая площадка не закрылась в октябре?
– А разве я похож на человека, которому можно отказать? – вопросом на вопрос ответил Литвинов. – Специально для нас обсерваторию откроют на час.
Аня обрадовалась возможности мельком заглянуть в космос, ведь это было ее давней мечтой, но тут же огорчилась, произнеся:
– Только вот я не умею настраивать телескоп.
– Я научу. – Николай поцеловал ее в макушку, а затем они вышли за пределы Минского планетария.
Обсерватория находилась в шаговой доступности от планетария, поэтому буквально через несколько минут они оказались у винтовой лестницы, ведущей на смотровую площадку. Аккуратно держась за черные металлические поручни, Аня поднималась по ступеням, а Николай медленно следовал за ней. Там, наверху, их ждал мужчина, крутивший на указательном пальце связку ключей. Он поздоровался, шепнул что-то Литвинову на ухо, а затем, открыв смотровую площадку, ретировался.
Николай пропустил Аню вперед, предоставив возможность осмотреться. Она медленно шла по кафелю, цокая каблуками, и, кружась, рассматривала небольшое сферическое пространство с прозрачными стеклами и огромным телескопом. Справа от нее находилась дверь, ведущая на мини-балкон, с противоположной стороны – тянущийся во всю длину стол с техникой, а в самом центре – мощный агрегат, разрешение которого позволяло без искажений смотреть на звезды.
– Вставай сюда, – сказал Коля, указывая на металлическую ступеньку у телескопа.
Аня забралась на нее, и Николай, встав сзади, протянул руки к телескопу. Находясь в непозволительной близости от девушки и чувствуя ее замедленное дыхание, он ощутил, как забилось собственное сердце, как будто их лица соприкасались впервые. Он принялся настраивать искатель, который увеличивает поле видимости, и вены с сухожилиями заиграли на его руках. Аня хотела что-то спросить и, неловко повернувшись, задела губами его щеку.
– Зачем же ты сбиваешь меня с толку? – спросил Николай, когда она взглядом пробежалась по его лицу. – Твои хитрые уловки мешают мне сосредоточиться. Теперь я хочу тебя поцеловать.
Аня хихикнула, приложив ладонь ко рту, и только потрепала его по волосам.
– Прости, давай сосредоточимся на звездах.
– Посмотри сюда. – Аня заглянула в трубу телескопа. – Что видишь?
Перед ней открылся синий мерцающий небосвод. Она стала двигать корпусом, чтобы лучше рассмотреть, и чуть не упала. Хорошо, что Николай придерживал ее за талию, будучи надежной страховкой от падений.
– Так красиво, – изрекла она. – Ты только посмотри. Мы так близко к космическому небосводу, но в то же время так далеко от него.
Аня подвинулась в сторону, позволив Коле заглянуть в трубу телескопа. Он что-то подкрутил, чтобы увеличить видимость, и звезды стали еще ближе. Они загорались одна за другой, будто бы знаменовали начало новой эпохи. Эпохи, в которой Николай возрождался из пепла.
– Я никогда не испытывала такого счастья, – тихо сказала Аня, плавно повернув голову вбок.
– Неужели ты никогда не ходила на свидания? – прошептал Коля. Его голос был проникновенным, отчего по телу Ани пробежали мурашки. Они находились слишком близко. И эта телесная близость сводила с ума. – Однажды ты сказала, что у тебя был парень.
– Он не водил меня смотреть на звезды, только писал стихи, которые я потом сожгла.
На миг Коля помрачнел. Почему-то мысль о том, что кто-то мог писать ей стихи и прикасаться к ее пухлым губам, злила его. Он никогда не испытывал чувства ревности. Наверное, потому, что никогда не знал любви. Холодным разумом он осознавал, что ревновать девушку к парню из прошлого – это довольно-таки глупо и бессмысленно. Но сердцем он ощущал иначе. Он убрал руки с ее талии себе за спину, скрепив пальцы в замок, и сделал пару шагов назад. – Ты сильно любила его? – спросил Коля, и Аня уловила неожиданную перемену в нем.
Костенко слезла со ступеньки и подошла к Николаю вплотную, положив ладони ему на грудь. Она не хотела, чтобы этот вечер был затемнен парнем из Нижнего Новгорода, однако игнорировать вопрос не могла. Хотелось быть честной.
