Наставник говорил негромко, спокойным голосом, но чувствовалось, что он вкладывает в свои слова душу Сам кадровый разведчик, начавший службу за рубежом задолго до революции и сохранивший преданность своей стране в период тяжких испытаний, выпавших на ее долю, он сейчас вместе с этими ребятами снова переживал молодость. Ему хотелось передать им весь свой опыт, все свои знания, чтобы потом, через десятилетия, все они или хотя бы кто-то из них смог бы сделать то же самое для будущего поколения разведчиков. Ох, как не просто разведчику-нелегалу дожить до старости. Большинство рано или поздно становится добычей контрразведки, и тогда у настоящего профессионала есть только один путь – достойно уйти из жизни, не выдав своих соратников. Для этого нужно большое мужество. На фронте умирать легче. Кругом люди, а на людях и смерть красна. Когда же ты один, вокруг враги, и ты знаешь, что ни одна живая душа не узнает о твоей судьбе, очень велик соблазн предательства. Некоторым везет, как повезло ему. Его жизнь нелегала в Германии и в Европе закончилась во время Генуэзской конференции, и он вернулся в Россию в мае 1922 года вместе с наркомом Чичериным, чтобы больше никогда и никуда не выезжать. Окруженный стеной недоверия со стороны новой власти он несколько лет перебивался случайным заработком, который давался ему относительно легко благодаря знанию языков. Но потом была создана эта школа, и его пригласили сюда преподавать, поселив практически без права выезда на территории части. Он с большим рвением принялся за работу. Разработал программу обучения, участвовал в отборе преподавателей. Подозрительность окружающих на время ослабла, но не пропала вовсе, а теперь вот опять усиливается, и это после стольких лет самоотверженного труда. Своим тонким чутьем разведчика он чувствовал ее в последние месяцы чуть ли не повсеместно. Чутье не раз спасало его там, в Германии. Шутка ли, всю войну продержался, посылая ценную информацию о противнике. Но тут что делать. Вроде, на своих работаю. Даже бежать некуда. Но это его проблема. Ребятам об этом знать незачем. У них вся жизнь впереди. Долгая или короткая – это другой вопрос. Дай Бог, чтобы у них со своими проблем не возникло, чтобы их преданность стране была уравновешена верой страны в них.
– Так вот, товарищи курсанты, – наставник заканчивал свою речь, – это наша последняя встреча с вами. С завтрашнего дня вы приступите к выполнению задания. Руководством мне поручено ввести вас в курс первого этапа операции, в котором вы будете участвовать все вместе. Потом ваши пути разойдутся. Вы хорошо знакомы с советской и зарубежной прессой, а потому знаете, что в наши дни в Испании происходят уникальные события. Власть в стране перешла в руки республиканского правительства, но его положение крайне хрупкое. У правительства, которое поддерживают широкие слои народных масс, нет оружия, которым оно могло бы защититься от уже поднявшей голову реакции. В нашу страну по нелегальным каналам пришло предложение республиканского правительства обменять имеющийся в его руках золотой запас на советское оружие. Сама процедура вывоза золотого запаса из Испании поручена наркомату иностранных дел. Вы же будете проводить операцию прикрытия. Расчищать дорогу и прикрывать тылы. Как это будет происходить на самом деле, станет ясно только на месте. Операция намечена на середину лета, так что вам предстоит отправиться в Испанию уже в самое ближайшее время и разными путями. После завершения операции, а, возможно, и ранее вам надо будет найти способ ассимилироваться в стране. Получить испанские паспорта, которые откроют вам путь в другие страны, куда вас направит Партия. При вашем знании языков и том беспорядке, который сейчас творится в стране, сделать это будет не очень трудно. Детальные инструкции вы получите индивидуально у инструкторов нашего наркомата. Я же должен выполнить свою последнюю задачу по отношению к вам – дать вам испанские имена: «Курсант Николай!» – Из-за стола четко по-военному встал стройный юноша ростом чуть выше среднего, – «Забудьте ваше прежнее имя. Теперь вы Алонсо Де Лас Торрес…»
Какие имена получили остальные курсанты, и чем закончился этот последний урок, а также как прошел праздник в подмосковной воинской части, не так уж и важно. Известно лишь одно, что в тот же вечер руководитель курса, державший утром проникновенную речь перед выпускниками школы, был найден в своей квартире мертвым с простреленной головой. Выстрела никто не слышал.
