– Дело всегда было в тебе. Я хотела сделать тебе так больно, чтобы ты наконец понял, что я испытывала все эти годы. Думаешь, после развода Сергей забыл твою мать? Нет. Он до сих пор хранит ее фото в портмоне. Так глупо любить женщину, которая находится вдали от тебя, когда рядом есть другая. – В уголках ее глаз собрались слезы.
К горлу подкатил ком, Даниил дернулся. Его отец хранит фотографию матери? Одной фразой Мария Эдуардовна выбила Саковича из колеи. Мысли роились в голове, он чуть не забыл, зачем пришел в тюрьму. Сжав кулаки, Даниил произнес:
– Если бы отец по-настоящему любил и ценил мою мать, он бы с ней не развелся.
Глаза мачехи сверкнули. Слезы высохли, словно их и не было. На лице появилась самодовольная улыбка, будто Мария Эдуардовна решила окончательно добить Даниила.
– А кто сказал, что он сам решил сделать это? Знаешь, порой твой отец бывает крайне нерешительным, и его приходится подталкивать на поступки. Я не знаю, что он нашел в твоей матери. Но я привыкла бороться и получать свое. Долгие годы я наблюдала за тем, как живет ваша семья, и ждала, когда брак даст трещину.
На скулах Дани заиграли желваки. Злоба на мачеху росла в нем с каждой секундой. Он знал, что подлость, зависть и неумение принять случившееся заставляют человека делать глупости. Знал, что у Марии Эдуардовны всегда была черная душа. Но все равно с трудом контролировал эмоции, стараясь не сорваться.
– Вас, мужчин, так легко обмануть, а еще вы не умеете прощать некоторые вещи. Такова ваша психология. Я подставила твою мать, а Сергей, чье эго было так задето, успел в ней разочароваться.
Даниил не знал истинной причины развода родителей. Они убедили его, что попросту разлюбили друг друга, как это бывает у многих пар. Он и поверил. Потому правда, которую рассказывала мачеха, била по нему с такой силой, что он чувствовал, будто падает в пропасть.
– Гордость – ваша главная черта. И если она задета, то все летит в тартарары. Я знала, что при свалившейся на нее неприятности твоя мать не побежит к мужу. Поэтому я и создала ей проблемы – не без помощи Морозова. – Лицо Марии Эдуардовны исказилось в насмешливой гримасе. – Ты же помнишь, что раньше у твоей матери был салон красоты в центре города? Так вот, это я помогла ему обанкротиться. Вместе с Вадимом мы сделали так, что у салона появились долги. Твоя мать, поглощенная этой проблемой, все больше отдалялась от мужа. Мы послали к ней финансового консультанта, который начал за ней ухаживать. Я внушила Сергею, что жена изменяет ему, и как-то раз отправила в салон, чтобы он увидел картину, над которой мы так трудились: твоя мать, новый ухажер, цветы, легкие прикосновения. Конечно, она дала отпор, но слишком поздно: твой отец уже ушел.
Голова раскалывалась от услышанной истории. Даниил запустил руку в волосы и прикрыл глаза. Значит, в разводе родителей виновата мачеха? Значит, никто друг друга не разлюбил? Если бы не коварство и навязчивое желание Марии Эдуардовны заполучить его отца, то родители до сих пор были бы вместе? Даниил понимал, что нужно срочно обо всем рассказать отцу.
– Думаешь о том, чтобы поставить в известность отца? – будто прочитала его мысли мачеха. – Он уже знает. Когда мы с ним ссорились, когда он решил засадить меня в тюрьму и подать на развод, в порыве отчаяния я все рассказала ему. Хотела показать, насколько он наивен и уязвим. Так что не утруждайся.
– Ты ведь не любила моего отца. Ты просто хотела заполучить желаемое. Тебя бесило, что тобой пренебрегли. Вот и все!
– Ты ничего не знаешь о моих чувствах, так что замолчи! – Мария Эдуардовна стукнула кулаком по столу.
– У тебя нет права затыкать меня, – презрительно ответил Даня. – Ты связалась с преступником и совершила много непоправимого.
– Не тебе меня судить.
– Как долго ты знакома с Морозовым?
– С молодости. У нас с ним был курортный роман. Но это неважно. Он оказал мне услугу, и пришло время отдавать долг. Вадим хотел заполучить Аню, а я – причинить тебе боль. Знала, как ты дорожишь ею и как будешь сходить с ума, если ее потеряешь. Ты слишком привязан к ней, у вас общее прошлое.
– Ты себя слышишь? – Даниил вскочил со стула и зашагал по комнате. – Ради того, чтобы заполучить и удержать моего отца, ты натворила столько дел!..
– Я хотела защитить свою семью.
– Это не защита, а полное безумие. Подумай о том, что теперь ты никогда не увидишь свою дочь.
– Я бы и так ее не увидела. Шансы на ее выздоровление равны нулю, – хладнокровно произнесла мачеха.
Глаза Даниила расширились, он покраснел от ярости. Молодой человек застыл на месте и развернулся к Марии Эдуардовне. Сакович готов был взорваться и разнести эту комнату. Как родная мать может так безразлично говорить о смерти ребенка? Как может не верить в лучшее? Даниил, конечно, замечал холод по отношению к Лике, но не думал, что все настолько плохо.
