Расставив свет в нужных местах, Аня объявила о своей готовности. Ей не привыкать фотографировать «Барсов», она делала это не единожды: и на ледовой арене, и за городом, в его день рождения. Она знала о привычках форвардов, защитников и голкиперов, о том, как поставить всех так, чтобы кадры вышли удачными: без перекошенных лиц, бликов и полузакрытых глаз. Эта фотосессия была для нее как бальзам на душу: как бы плохо ни закончились их отношения с Николаем, по «Снежным Барсам» она неимоверно скучала. Их заразительный смех, неистощимое остроумие, искренние улыбки и ощущение, что они одна семья, – все это вызывало теплую ностальгию по тем временам, когда она была пресс-секретарем команды.
В течение часа Аня непрерывно нажимала на кнопку фотоаппарата, профессионально подбирая нужный ракурс. «Снежные Барсы» оперативно меняли позы, то строя из себя серьезных парней из КХЛ, то позволяя ребячество и изображая руками рожки. Они были такими живыми и беззаботными, что любой мог им позавидовать, хотя на самом деле ребята трудились без устали, проводя много часов на льду.
– Парни, кадры вышли потрясающие! – сказала Аня, пролистывая сделанные снимки. – Думаю, Сергею Петровичу понравится. Может, запишем еще видеопоздравление? – неожиданно даже для себя самой предложила она.
Парни переглянулись, а затем Ильин ответил за всех:
– Давайте! Предлагаю Литвинову, как капитану команды, произнести поздравительную речь от лица «Барсов», а мы будем на заднем плане и потом тоже скажем пару слов.
Николай согласился.
– Тогда устроим перерыв. Николай, ты можешь подумать, что будешь говорить, – сказала Аня и закрыла объектив крышкой.
«Снежные Барсы» разошлись в стороны и с воодушевлением заговорили. Николай, сложив руки на груди, слушал Лешу, однако будто был где-то не здесь. Он отрешенно глядел на Аню и, когда она сдвинулась с места, оживился: видимо, думал, что она идет к нему. Однако Костенко прошла мимо и, взяв Федю под локоть, отвела его в противоположную сторону.
– Мне нужно тебе кое-что сообщить, – прошептала ему на ухо Аня и присела на металлическую балку, от волнения вцепившись в нее пальцами. – Я еду в Нижний Новгород.
Лицо Феди вспыхнуло так, будто его окунули в краску. Он нахмурился, стиснув зубы.
– Когда ты говорила «сообщить», то имела в виду «поставить перед фактом»?
Аня опустила глаза под мужским напором, чувствуя себя виноватой.
– Ты с ума сошла? Зачем тебе туда возвращаться?
– Я должна, – сухо ответила Аня, поджав губы и коснувшись лица ладонью. Она всегда нервничала, когда разговор заходил о ее родном городе.
Федя поднял брови и выпрямился. Несколько секунд он переминался с конька на конек, будто о чем-то размышляя, а затем посуровел и задал очевидный вопрос:
– Кому?
– Даниилу. Не могу оставить его в таком состоянии одного.
Аня действительно не могла, в ином случае она бы не решилась на длительную поездку в город, переломивший ее пополам. До сих пор она не знала, сколько времени они там пробудут. Но готова была остаться в Нижнем Новгороде столько, сколько Дане понадобится.
– Ты такая самоотверженная. – Федя развел руками, а затем наставил на нее указательный палец. – Всегда печешься о других, но забываешь о себе.
Федя криво ухмыльнулся и схватил ее за предплечье. Его пальцы вцепились так крепко, что кожа вмиг покраснела, а Аня невольно поморщилась. Краем глаза она взглянула на Николая, который все это время наблюдал за ними. Он поднялся с металлической балки. Его встревоженный взгляд проследил за рукой Феди. Николай практически сорвался с места, чтобы оттащить Федю от нее, чтобы защитить от хищной хватки Любимова. Но Костенко не желала, чтобы Коля вмешивался, поэтому незаметно вытянула правую руку в сторону, на уровне бедер. Этот жест означал «стоп».
– Тогда зачем?
– Я тебе уже назвала причину. – Аня вырвала руку из мертвой хватки и потерла покрасневшее предплечье. Завтра здесь будут синяки от пальцев.
– Даниил – взрослый парень, который может наведаться в родной город и без тебя. Зачем ему компаньоны?
– А зачем ты задаешь так много вопросов? – Аня была раздражена поведением Феди настолько, что даже повысила голос. Некоторые «Барсы» косо поглядывали на них. – В последнее время ты стал невыносим.
– Потому что ты ведешь себя нелогично. – Федя сбавил тон. – Сначала втайне от меня общаешься с Литвиновым, а потом собираешься поехать в город, из которого так стремительно сбежала. Я пытаюсь понять, что происходит.
– Ты хочешь держать меня в узде. Это разные вещи.
– А ты хочешь свести меня с ума.
– Если бы я хотела свести тебя с ума, то не сказала бы ни слова о поездке. Но, как видишь, я дорожу нашей дружбой, хоть ты и вспыхиваешь, как спичка, при каждом разговоре о парнях, что окружают меня.
– Потому что я переживаю за тебя, как ты не поймешь? – Федя ударил себя кулаком по бедру. – Литвинов и Сакович тебе не пара, по их венам течет голубая кровь. Любовь и они – несовместимые понятия.
