С другой стороны, они расстались чуть больше шести месяцев назад и стали чужими друг другу. Боясь снова открыться Коле, Аня оттолкнула его. Она долго размышляла, почему сердце и разум не работают сообща, и так не нашла ответа. Чувствуя неприятное жжение в груди, Аня захотела ответить ему той же монетой. Если Николай забыл ее в один миг, то и она забудет. Если решил вызвать ревность, то и она вызовет. Запостит фотографию с Даней в социальных сетях, чтобы Коля тоже увидел, что она счастлива. Насколько это будет справедливо и правильно, Костенко не знала.
В больнице она отвлеклась. Увидев в детском отделении ребят, борющихся с раком, Аня почувствовала, как замирает сердце и холодеют пальцы. Такие маленькие, но такие сильные мальчики и девочки, которые вопреки жестокой судьбе стараются оставаться жизнерадостными. Превозмогая дикую боль, они улыбаются, хотя это так нелегко. Искренне верят, что они сильнее недуга.
Шагая с Даниилом по длинному коридору в сопровождении медсестры, Аня заглядывала в приоткрытые палаты и испытывала жгучее желание обнять каждого ребенка.
Поглядывая на Даню, который одной рукой вцепился в лацканы белого халата, а в другой нес пакет с фруктами и игрушками, она вдыхала неприятный больничный запах. Здесь пахло дезинфицирующими средствами с примесью чего-то такого, от чего кровь стыла в жилах. Страхом и увядающими жизнями. Дети, заточенные в этих стенах, будто сидели в клетке.
Больницы Аня ненавидела. Помнила, как провела несколько дней во Владивостоке у кровати Николая, когда он долго не мог прийти в себя после травмы на льду. Помнила, как не спала сутками в ожидании того, что он откроет глаза и крепко обнимет ее. Однако, открыв глаза, Николай увидел перед собой незнакомку.
Медсестра приоткрыла дверь палаты, в которой лежала Лика Сакович, и попросила долго не задерживаться. Все-таки девочка была маленькой и нуждалась в отдыхе. Пока они ехали сюда, Аня спросила, почему мачеха не легла в больницу вместе с дочерью, сочтя это неправильным: в таком возрасте детям полагалось лежать со взрослыми. Даниил бросил лишь пару фраз: «Она слишком занята, чтобы проводить время в таких учреждениях. У Лики персональная сиделка».
Детское бледное лицо и синева под веками сразу же приковали внимание Ани. Крохотная девочка с короткой стрижкой и зелеными глазами-бусинами лежала на кровати, внимательно слушая сказку, которую читала ей сиделка. Женщина запнулась и бросила взгляд в сторону дверей, едва заслышав скрип и перешептывания. Даниила она узнала, ведь он уже бывал здесь однажды, а вот Аню смерила оценивающим взглядом. Они с минуту стояли на пороге, Сакович не мог пошевелиться. Костенко на ощупь нашла его ладонь и, переплетая их пальцы, шагнула вперед.
– Блатик плишел, – с трудом произнесла девочка и вымученно улыбнулась. – Больше не хочу сказку.
Сиделка захлопнула книгу и положила ее на тумбу. Встала со стула и подошла к Саковичу.
– Здравствуй, Даниил, – поприветствовала его женщина, косо посматривая на Аню. – Сергей Владимирович и Мария Эдуардовна не предупреждали о вашем приезде.
– Они об этом не знают, – сухо бросил Даня. – И не должны знать. Вы можете оставить нас с Ликой?
– Я должна предупредить Марию Эдуардовну, что вы здесь.
Имя мачехи, которое за время короткого пребывания в палате прозвучало уже дважды, разозлило Даниила. Он сильнее сжал ладонь Костенко. Желваки заиграли на его лице, и он одарил сиделку суровым взглядом.
– Я хочу побыть со своей сестрой. И об этом не обязательно знать другим. – Заметив, что Лика смотрит на них, Даниил смягчился. – Просто оставьте нас в покое хотя бы на час.
– Но… Я же…
– Если вы сейчас позвоните Марии Эдуардовне, то можете забыть про эту работу. Я сообщу отцу, что вы халатно относитесь к своим обязанностям и вовсе не следите за моей сестрой.
– Хорошо.
Сиделка, испугавшись, сконфузилась и молча покинула палату. Судя по тому, что в последующие десять минут телефон Дани не разрывался от входящих звонков, мачехе не позвонили. Видимо, сиделка действительно дорожила этой работой, поэтому робко сидела в коридоре, пока Даниил знакомил Лику с Аней.
Даня старался улыбаться, чтобы не расстраивать сестру своими переживаниями, но давалось ему это с трудом. Благо, рядом была Аня, от которой веяло позитивом. Она быстро подружилась с девочкой, рассказывая ей разные истории, которые заставляли Лику смеяться.
– Почему ты ланьше не пливодил сюда Аню? – вдруг спросила Лика, сжимая в руках розового осьминога, которого принес ей брат. – Мне она нлавится. Она холошая.
– Ну-у-у… – Даня почесал бровь, удивившись вопросу. Сестра слишком быстро переключилась с темы о животных, которые вынуждены сидеть в заточении в зоопарке. – Раньше ее не было рядом.
– А сейчас?
– Сейчас есть. – Даниил улыбнулся и с теплотой посмотрел на Аню, у которой так и искрились глаза. – Мы ведь вместе работаем. И очень хорошо дружим.
– Плавда?
– Правда-правда.
– А как вы подлужились? – спросила девочка, щурясь.
