По приговору звезд полностью

Ж е н ы. На мне!.. И на мне!.. (Все.) Женитесь на нас, ваше величество! (Бросаются на Юсифа.)

Ю с и ф (с высоты трона, поджав под себя ноги). Кыш вы, курицы!.. Раскудахталась! Всякий стыд потеряли во дворце!.. Сказано: не женюсь. И все тут!..

П е р в а я  ж е н а. Но что же нам тогда делать? Скажи, шах Юсиф?

Ю с и ф. Вот что… Я прикажу выдать из казны каждой из вас по тысяче туманов, и вы тихо-мирно, без крика уйдете из дворца. Покупайте себе приданое, выходите замуж и занимайтесь на здоровье своим делом, которое вы — я вижу — все умеете делать хорошо. Рожайте детей — мальчиков и девочек, увеличивайте нацию и будьте счастливы!

П я т а я  ж е н а. Да продлит аллах твои дни!

В т о р а я  ж е н а. Мы соловьи дворца. Мы привыкли к нему и здесь все к нам привыкли!

Ю с и ф. Соловушка, на воле петь слаще. Лети, не бойся!.. Стройте свои дома, будьте верными честными женами своих честных избранников. Не поминайте меня лихом, сестрицы!..

В т о р а я  ж е н а (смотрит на Курбана). Мой шах, прикажите жениться на мне вашему новому полководцу!..

К у р б а н. Сестра, я, увы, женат!

В т о р а я  ж е н а. А сколько у вас жен?

К у р б а н. Одна, конечно.

В т о р а я  ж е н а (поглядела скептически на Курбана, потом на Юсифа). Это называется — мусульмане!..

П е р в а я  ж е н а (Юсифу). Мой шах, тысяча туманов за уход из дворца — это мало.

В т о р а я  ж е н а. Да, ваше величество, маловато!

Ю с и ф (надел корону решительно). Женщины, не будем торговаться. Я вам не свои деньги даю. Ступайте, и да поможет вам аллах в вашей новой жизни!..

Женщины уходят. Возгласы и благодарности, и недовольства.

П е р в а я  ж е н а. Нет, не похож он на шаха!

В т о р а я  ж е н а. Да, не ценили мы шаха Аббаса!..

Уходят последними.

М у б а р е к. Спасибо, всемогущий! Теперь и я могу уйти из дворца, здесь мне больше нечего делать!

Ю с и ф. Оставайся, я к тебе привык. Да и куда ты годишься, убогий! Будешь при мне!

М у б а р е к. Да продлит аллах ваши дни, мой шах. (Низко кланяется, уходит.)

Ю с и ф (Курбану). Ну, ты узнал теперь настоящую цену шаху Аббасу?

К у р б а н. Узнал, мастер!

Входит  М и р з а  Д ж а л и л.

М и р з а  Д ж а л и л. Наши семьи с надежными провожатыми покинули страну. Сейчас они уже в безопасности.

Ю с и ф. Слава аллаху — можно работать спокойно! Что слышно из провинций?

М и р з а  Д ж а л и л. В Варзаране и Гюльстане уже заложены фундаменты новых школ и караван-сараев. Зандистан что-то молчит. У меня такое впечатление, что наместники стараются изо всех сил, каждому хочется выслужиться перед новым шахом.

М у б а р е к (входя). Палач просит дозволения предстать перед вашими очами, мой шах!.. Он очень озабочен!

Ю с и ф. Заботы палача?! Это любопытно! Пусть входит!..

Мубарек ушел. Входит  п а л а ч. Кланяется церемонно и униженно.

П а л а ч. Да оградит аллах от бед самого великого из всех шахов Турана! Да скатятся головы его врагов под его высочайшие ноги, а их обезглавленные тела да станут пищей для зверел и птиц! Да наполнит аллах светом сострадания к несчастным, бедным и убогим высочайшие глаза шаха. Да прольется их свет и на меня, самого убогого из убогих, самого несчастного из всех несчастных страдальцев!..

Ю с и ф. Кто же это тебя обидел, несчастного страдальца? Кто посмел не то что руку поднять, кто голос на тебя посмел повысить?!

П а л а ч. Мой шах, я тридцать лет верой и правдой служил престолу, а сейчас… я забыт, как будто меня и на свете не было! Мне не дают работы!

Ю с и ф. У нас — работы хоть отбавляй! Хочешь на прокладку дорог — ступай, хочешь мосты строить — давай, предпочитаешь колодцы рыть — милости просим! Ты, слава аллаху, здоров как бык! Курбан, дай ему работу, какую он попросит.

К у р б а н. Слушаюсь.

П а л а ч. Я тоскую по своей работеночке, да продлит аллах ваши дни, всемогущий шах. Прикажите, чтобы мне жалованье платили. Я же не виноват в том, что не работаю. Я готов хоть весь день и всю ночь… вкалывать!.. (Жест, означающий взмах топора.)

Ю с и ф. Обожди, обожди, ты чем, собственно, занимаешься?

П а л а ч (хмыкнув смущенно). Вы же знаете, всемогущий. Я… это… головки рублю тем, кого осудят!

Ю с и ф (не скрывая своего омерзения). Вот какой ты страдалец!

П а л а ч. Ваше величество, ну-ка помахайте топором весь день… он пятнадцать фунтов весит. К вечеру рука как чугунная.

Ю с и ф. Ступай вон, сукин сын! Еще пришел денег просить! Да как ты можешь при такой работеночке спокойно хлеб есть?

П а л а ч. Ремесло мое тяжелое, мой шах, ваша правда. Аппетит у меня плохой, я через силу кушаю. Рад бы совсем не кушать, да нельзя: руки ослабнут, глаза потеряют зоркость, кому такой работничек будет нужен. Топора не удержишь!