Однако на большее сил не хватило, и от редута Исса-ага пришлось отступить. Но и положение частей, захвативших Кованлык, оказалось незавидным. Редут простреливался со всех сторон. Выбитые из него турки, рассыпавшись в цепь, залегли метрах в шестистах от него и открыли огонь. Вскоре последовали и контратаки противника, которые, правда, удалось отразить ружейным огнем еще на подступах к редуту.
В начале шестого часа к Скобелеву подошло подкрепление в составе пяти сборных рот Либавского и Суздальского полков, а также команды Ревельского полка численностью около ста человек. Эти подкрепления были собраны в тылу из отдельных отступивших солдат по приказанию князя Имеретинского и сразу же направлены на передовую. Тем временем Скобелев решает не мешкая захватить второй редут — Исса-ага и направляет туда подошедшие части. Одновременно второй редут был атакован и из захваченного Кованлыка. В результате этой атаки около 18 часов редут Иссаага пал.
Вот теперь ненадолго оставим левый фланг и окинем взглядом всю панораму штурма на 18–20 часов 30 августа (11 сентября). Начнем с правого фланга, где главным объектом атаки был один из двух Гривицких редутов. В седьмом часу вечера полковник румынской армии Ангелеско в четвертый раз повел свои войска на редут против его восточного фаса. Тем временем русская бригада IX корпуса атаковала его с юга. На этот раз совместная атака русских и румын ценой огромных потерь все же увенчалась успехом. Гривицкий редут был взят. В центре войска были отведены за линию батарей и приводились в порядок после безрезультатных и нелепейших атак, закончившихся большими потерями. На левом фланге Скобелеву удалось главное — он вырвал «ключ» турецкой обороны, захватив редуты Кованлык и Исса-ага.
Если судить по реляции Скобелева, написанной уже после штурма, то о неудаче атак IV корпуса в центре он знал уже к 16 часам. Схождения двух атакующих отрядов в самом уязвимом месте турецкой обороны явно не получалось. К тому же провал атак в центре значительно осложнял положение скобелевского отряда. И если слева он мог надеяться на какую-то помощь кавалерии генерала Леонтьева, то справа ничего подобного не было. Там были турки, которые в любой момент могли ударить в охват и угрожать тылу. С целью недопущения этого Скобелеву пришлось удлинить боевую линию своего правого фланга и тем самым ослабить силы, оборонявшие редуты.
Тяжелые мысли роились в голове Михаила Дмитриевича вечером 30 августа (11 сентября), тем не менее он принял твердое решение — держаться любой ценой. Насколько опасным оказался отряд Скобелева в занятых редутах для всей плевненской обороны противника, красноречиво говорят турецкие источники. Вскоре после окончания войны увидела свет книга «Оборона Плевны», написанная Музафаром-пашой и Талаат-беем по свежим воспоминаниям и документам ее участников. Вечером 30 августа (11 сентября) отвечавший за оборону редутов Кованлык и Исса-ага подполковник Риза-бей доложил Осману-паше «о том критическом положении, в котором находились западные укрепления». Но и до получения этого донесения Осман-паша прекрасно понимал размеры грозившей опасности. «Потеря обоих редутов, — отмечали авторы “Обороны Плевны”, — разделяла турецкую армию на две части, не имевшие между собой ни сообщений, ни связи, и открывала русским доступ к Плевне»[302].
Понимал это и Скобелев, понимали также Имеретинский, Крылов и многие из тех, кто уже вторые, а то и третьи сутки без сна дрались на южных подступах к Плевне. Но понимали ли это в штабе армии: главнокомандующий великий князь Николай Николаевич, Зотов, Непокойчицкий, Левицкий — все те, от кого реально зависела возможность закрепить успех Скобелева?
После полуночи к Скобелеву прибыл адъютант главнокомандующего полковник Орлов. Осознавая важность того, что и как доложит адъютант своему патрону, Скобелев подробно изложил ему обстановку и передал письменную просьбу о подкреплениях «если не для развития успеха, то, по крайней мере, для того, чтобы удержать взятые редуты»[303].
Скобелев с Имеретинским готовились к отражению турецких атак с наступлением рассвета. Крайне важно было оборудовать дополнительными траншеями занятые позиции. Но здесь дала о себе знать старая проблема — отсутствие шанцевого инструмента. Солдатам приходилось рыть землю тесаками, штыками, крышками от манерок, да и просто руками. Новые земляные укрепления значительно бы усилили оборону, но к утру большинство новых траншей было скорее обозначено, чем вырыто. Князь Имеретинский и его штаб основное внимание уделили сбору в команды отступивших с передовых позиций нижних чинов. Людей кормили, оказывали возможную помощь и вновь направляли в линию обороны. Во многом благодаря этой работе Скобелев, несмотря на огромные потери, смог оказать туркам столь упорное сопротивление.
