— Господин Главный Помощник, — предельно вежливо поклонился я, — кажется, мы нашли способ убедить вас в нашей правдивости, не тратя время на пытки. Но для этого нам всем вместе сейчас нужно выйти во двор — совсем ненадолго. Это не займёт много вашего времени, уверяю вас, господин!
— Что ж, давайте прогуляемся, — неожиданно легко согласился старик и слегка прихлопнул в ладоши.
Немедленно из углов и из-за ширм с разных сторон возникли четверо. Один из них нес головной убор, похожий на гигантский тюрбан. Трое других, вероятно, были писцами-стенографистами и держали в руках куски того же материала, из которого были сделаны свитки на стеллаже.
— Сверить текст и составить полный, — приказал им Помощник, пока ему пристраивали на голову тюрбан. — Я скоро вернусь, так что поторопитесь!
Естественно, в путь по коридорам, проходам и залам мы отправились не втроём — мгновенно собралась целая свита телохранителей и слуг. Впрочем, путешествие было недолгим. Во дворе однако решительно ничего нового или интересного не наблюдалось.
— Ну, и где же этот способ, который вы нашли? — задал мне резонный вопрос Помощник. — Что ты имел ввиду?
— Что имею, то и введу, — буркнул я, поскольку терять было уже нечего. — Где он, Сара?!
— Да покажись ты! — чуть ли не всхлипнула женщина. — Хватит прятаться!
И опять ничего нового. А потом раздался крик, ещё один и ещё… Во дворе началась настоящая паника. Её виновника я увидел не сразу — Первый неподвижно стоял на кромке стены, каким-то чудом удерживая равновесие.
— Ну, показался, — услышал я его низкий гудящий голос.
— Слезай вниз, забери нас отсюда!
— Сейчас! Пусть разбегутся, а то придавлю кого-нибудь.
— Прямо-таки нечеловеческий гуманизм! — прокомментировал я вслух беззвучные слова робота.
— Гуманизм?! — взвилась Сара. — Сейчас я ему дам гуманизм!
С этими словами она схватила старика за бороду левой рукой, а правой с маху влепила ему такую пощёчину, что его тюрбан упал и откатился в сторону. Она вмазала ему ещё раз и замахнулась для третьего, но я её остановил:
— Ходу, пока не они не очухались!
И мы побежали к лушагу. Когда я понял, что нас уже не остановят, то не смог удержаться от искушения. Какой-то толстый дядька спасался от опасности на карачках, и я на ходу выдернул меч из его ножен, висевших на перевязи.
Центры двигательной и «речевой» активности у лушага находились, вероятно, в разных местах, так что одно занятие другому в пути не мешало. Как оказалось, сюда он шёл в основном по руслам проток и каналов, чтоб не топтать съедобные растения, которые выращивают люди. Это было неудобно и потребовало большого расхода энергии. Кроме того, оказалось, что «режим невидимости» надо поддерживать почти непрерывно — кругом были люди, особенно много в городе. Лушагу легче подняться на гору километровой высоты, чем пару минут «отводить глаза» десятку людей сразу. Робот не жаловался, он просто ставил своего приора и меня в известность, что его энергоресурсы на исходе. Он, конечно, дойдёт куда надо, но потом потребуется заправка — если, конечно, люди предполагают его дальнейшую эксплуатацию.
Мы обошли стороной нашу «стартовую» деревню и начали подниматься по крутому осыпающемуся склону. И тут лушаг встал.
— Критический уровень достигнут, — без всяких эмоций сообщил робот. — Ещё пара шагов, и вам придётся обходиться одним лушагом. Или активировать новый зародыш.
— Мы принесём тебе еды! — взволновалась Сара. — Травы нарвём, кустов наломаем!
— Лучше позови сюда Второго. Я больше в контакт не вступаю.
С этими словами Первый качнулся, переступил ногами, принимая более устойчивую позу, и замер.
— Собственно говоря, за Вторым можно и пешком сбегать, — предложил я. — Тут недалеко.
— Погоди, давай сначала мысленно попробуем — хором. Может, услышит?
Второй нас услышал и явился, наверное, меньше чем через пять минут. Ничего не комментируя, он аккуратно пристроился к Первому боком и запустил ему под панцирь свои раздвижные щупальца. Через некоторое время Первый ожил, и мы, «не меняя лошадь», завершили-таки нашу экспедицию.
Наверху народ уже заскучал, и нас немедленно взяли в оборот. Правда, предварительно всё-таки выдали некоторое количество «еды» и воды. Натана и Александра Ивановича в первую очередь заинтересовал мой трофей — бронзовый меч, причём явно не солдатский, а как минимум офицерский. Я сказал им, что, прикрывая отход Сары, зарубил этим мечом одиннадцать стражников. Правда, не всех насмерть. Они переглянулись между собой, потом как-то очень одинаково посмотрели на меня и уточняющих вопросов задавать не стали. Серёга же изнывал от нетерпения отсканировать с наших мозгов пережитые впечатления. Однако я его притормозил:
— Давай сначала с лушагами разберёмся. А то останемся наедине с твоим чемоданом и дом родной никогда больше не увидим. Ты живой, Первый?
— Да. Но нужна подзарядка.
— А Второй?
— Забирать у него энергию имеет мало смысла. Вместо одного у вас будет два лушага, у которых энергозапасы на пределе.
— Так, может, следует отправить вас пастись?
