Луна, шагнув в поток, оказалась в центре светящегося пространства. Не успев ни испугаться, ни удивиться, она почувствовала, как невероятно теплая бездонная глубина нежно обхватила ее и увлекла за собой.
Неожиданно тепло сменилось смертельным холодом, и книга опять начала оживать. Луна держала колдовской том в вытянутых руках и с ужасом смотрела, как оттуда вновь лезут черные плети. Теперь каждая заканчивалась оскаленной пастью. С острых, словно иглы, зубов капал яд. Плети повернули головы к Луне и, зашипев, потянулись к ней. Послышался вкрадчивый шепот:
– Повелительница… Наша королева… Мы твои покорные слуги…
Луна вспомнила сон, где она так же беспомощно висела над бездной, а черные нити оплетали ее, превращая в огромный кокон. Девушка содрогнулась и громко крикнула:
– Ну уж нет! Ты не утащишь меня к себе! Никогда… Древлий! Помоги мне! Помоги!
Фиччик метался вокруг и острыми коготками яростно рвал плети.
– Древлий! Услышь меня! – кричала Луна.
Плети подползали все ближе, а книга шептала:
– Только скажи, и сразу все закончится… Все твои мучения… Ты будешь свободна и счастлива… иди к нам…
Луна в страхе зажмурилась. А Фиччик зарычал и пустил в ход зубы, перегрызая настырные плети.
– Древлий! – отчаянно звала девушка.
И вот наконец Древлий распрямил ветви, воздев их к небу.
– Сила природы, помоги нам! – прогудел он.
Драгомирцы в страхе замерли, наблюдая за тем, как сама природа борется со злом. Земля задрожала, и к Древлию устремились потоки жизненной силы. Мощные и неудержимые – от вековых деревьев, тоненькие и еле заметные – от крохотных цветов. Сила всех растений Драгомира вливалась в Древлия, придавая ему ослепительное сияние.
Люди и радовались, видя, как преображается Древлий, и плакали, ведь остальная природа отдавала ему все до последней капли, навеки застывая безжизненной статуей.
– А-а-а-а-а! – закричал Древлий.
Луна увидела, как из светящегося потока появилась огромная морщинистая рука, увитая цветами и зелеными листьями. В сердцевине каждого цветка красовались камни смарагдианцев: эгирины и сентарии, дравиты и ониксы, чароиты и сардеры, морионы и еще множество других камней земной магии.
Пальцы огромной руки сомкнулись вокруг книги и крепко сжали ее. Книга истошно завопила. Камни ярко засветились, на мгновение ослепив Луну. Она закрыла глаза, а когда снова открыла, все уже закончилось. Гигантский кулак разжался – и внутри не было ничего.
От одной из черных книг не осталось ни следа.
– Победа! – загудел Древлий, вскинув ветви.
С них гроздьями посыпались крохотные деревца – дети духа земли – и побежали, разнося радостную весть по всему Драгомиру.
– Победа! – подхватили драгомирцы.
Яркая вспышка – и на лужайке у Древлия оказались измученные герои. Потрепанные, измотанные, но живые. Эгирин с Сентарией бросились к ним. Целители осмотрели ожог Луны и волдыри на руках Стефана, до которого ядовитый плющ все же дотянулся в тот момент, когда защита ослабела.
Из шатра вышли шатающиеся от усталости правители. Они с благодарностью обняли Луну и ее спутников.
Древлий вновь устало сомкнул глаза. Предстояло сделать еще многое. Для начала – восстановить то, что разрушили черная магия да Обсидиан со своим ядом.
Обсидиан же потерял покой.
– Все этот сморчок высушенный! Усатая коряга цветочная! – свирепо потрясая волосатыми лапами, бормотал он.
Самого себя паук тоже ругал – за недальновидность. Он даже не догадывался о намерениях правителей и спокойно напитывал книги силой, потихоньку таская им жертв, парализованных страхом и ядом. Магия, защищавшая Валоремию, ослабела, и Обсидиан беспрепятственно творил свои черные деяния. Дождавшись удобного момента, паук протаскивал в сокровищницу полумертвого человека, поспешно маскировал следы и убегал на поиски новых жертв.
Он хотел полностью насытить подопечных и за это время найти подходящего проводника, который помог бы осуществить главный замысел – разрушить охранное заклинание и вынести книги из Валоремии, а затем захватить Луну. В успехе он даже не сомневался. Девчонка уже достаточно напугана и должна понять, на чьей стороне сила.
Но сегодня утром его план начал трещать по швам, когда правители заявились в сокровищницу с каким-то долговязым чужаком. Во-первых, они узнали, что Валоремия теперь открыта, и тут же выставили двойные караулы по всему периметру Во-вторых – и это тревожило Обсидиана сильнее всего, – он никак не мог узнать чужака, сколько бы ни принюхивался. А уж когда тот спокойно взял в руки книгу, хранитель и вовсе потерял дар речи. За столько лет он свыкся с мыслью о неуязвимости книг и просто не верил своим глазам.
Поняв, что правители попытаются уничтожить черную книгу земли, паук с невероятной скоростью устремился в Смарагдиус, чтобы помешать им. Он пригнал к Древлию одурманенного ученого с целой бочкой яда. И все бы получилось, если бы не этот проклятый богомол, который учуял Обсидиана в глубине раскидистого куста, казавшегося таким надежным укрытием.
Книга погибла. Паук был потрясен случившимся. Его подопечные не бессмертны! Значит, нужно срочно принять меры для их защиты.
