По ту сторону тьмы полностью

ДЖОРДЖИЯ

Похороны проводят спустя пару дней, и на кладбище приходят толпы людей.

Хоть я и незваная гостья, притормаживаю машину у главной дороги, которая граничит с кладбищем, где они стоят. Съезжаю на обочину и останавливаюсь на мгновение, говоря себе, что я здесь только ради Abuela.

Но это ложь. Потому что мои глаза впиваются в его стоический вид в костюме-тройке. Анхела цепляется за его руку, и я знаю, что бронсоново сердце разрывается еще сильнее, когда гроб с Abuela опускают в землю.

Смахиваю слезы, текущие по щекам, желая утешить его. Хотелось бы вернуться в прошлое, понять, что она затевала, и сделать так, чтобы вместо нее оказалась я.

Все же ощущаю, что умираю изнутри. Почему бы не сделать так, чтобы все совпало?

Чувствую, что за мной кто-то наблюдает, и испуганно поворачиваюсь, когда кто-то стучит в пассажирское окно.

Опускаю окно, и мужчина наклоняется, чтобы поприветствовать меня мрачным:

— Здравствуйте, милая.

— Здрасьте, Стив.

От его взгляда не ускользают дорожки слез, которые отказываются перестать течь по моим щекам.

— Хотел бы спросить, все ли с Вами в порядке, однако, — он морщится, — готов поспорить, что чувствуете Вы себя не лучше, чем босс.

Вздрагиваю и еще раз смахиваю слезы со щек.

— Я должна ехать. Только… — Медлю. — Умоляю, позаботьтесь о его безопасности. — Ведь из-за меня умерла его Abuela. Им нужна была я.

Слова Бронсона были ужасно жестокими — с этим не поспоришь, — однако мне не чужды гнусные оскорбления. Хотя он глубоко ранил меня, от боли, которая виднеется на его лице, щемит сердце. За то короткое время, что я провела рядом с ним и его Abuela, я почувствовала, какую огромную любовь они разделяют.

Бронсон — хороший человек. И хотя он не был доброжелателен ко мне в ту ночь, когда умерла Abuela — я этого не прощаю, — сердце еще больше разорвется, если с ним что-то случится.

Стив опускает подбородок.

— Сделаю все, что в моих силах, милая. Будьте осторожны, слышите? — Затем он выпрямляется и постукивает по крыше, прежде чем отступить.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

БРОНСОН

Несколько дней спустя

Мой разум ни к черту не годится, а сердце разрывается.

Наношу яростные удару по груше, снова и снова. Я занимаюсь этим уже несколько часов, а эта ноющая боль не утихает. Я нанял другого судмедэксперта, отказавшись позволить Джорджии прикоснуться к телу Abuela. Но даже он не дал мне ничего, с чем можно было бы поработать.

Дэниел входит в зал, но не обращаю на него внимания. Просто концентрируюсь на ударе за ударом.

— Стив сообщил, что рыжая ненадолго заезжала на похороны. Остановилась у дороги. — Пауза. — Сказал, что она рыдала.

Бью по груше еще сильнее. «Насрать как-то» — вот что хочется ответить. Но не могу.

Как бы я хотел, чтобы разум отключился, как это бывало каждый раз, когда я вымещал свою злость на проклятой боксерской груше. Теперь он просто беспрерывно мечется.

Кто. Сука. Ответственен за убийство Abuela?

Кто осмелился ступить на территорию Скорпионов и выкинуть подобное?

Кто устроил пожар и прострелил шины Джорджии?

Как Джорджия вообще смогла сделать такое с Abuela?

Что за долбанный фокус она провернула?

Какого черта она это сделала, зная, как много Abuela для меня значит?

Дэниел шумно выдыхает, меняя тему. Спасибо, блядь.

— По описанию машины пока нет совпадений, и ни в одной автомастерской ее не нашли. — Разочарование прослеживается в произнесенных словах, почти совпадая с моим собственным. — Кто бы это ни был, он достаточно умен, чтобы замести следы.

— В скором времени они оплошают.

— Да, так и будет, — соглашается он.

И я заставлю их поплатиться.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

ДЖОРДЖИЯ

Я просто выполняла свои рабочие обязанности, находясь в оцепенении. Быть утаенной в стенах морга, было счастьем — не нужно ежедневно общаться с людьми.

По крайней мере, не с живыми.

Доктор Дженсен приходит в пятницу с беспокойством на лице.

— Как Вы, Джорджия?

Моргаю, недоумевая, почему он спрашивает меня об этом.

— Нормально, — нерешительно отвечаю я.

Он садится за стол рядом со мной.

— Мне сказали, что он был Вашим другом, поэтому я хотел предложить взять вскрытие на себя.

С трудом пытаюсь понять, о чем он.

— Кого Вы имеете в виду?

— Пола Яфферти из отдела документаций.

Чувствую, как кровь отливает от лица, а сердце стучит так неистово, что я едва не глохну.

— Пол умер?

— Мне сообщили, что его тело и документы были доставлены сегодня утром. — Доктор Дженсен кладет руку на мою в редком проявлении симпатии. — Сожалею о потере, Джорджия.

Киваю и мысленно отряхиваюсь от шока. Я чуточку отвлеклась, поэтому даже не заметила, как досье Пола оказалось на столе.

— Предложение остается в силе. — Он проверяет часы. — Могу отложить гольф и…