Усевшись за только что освободившийся столик у окна, Дин подал знак рукой официантке в ярко-желтой форме, чтобы она убрала посуду и мусор за предыдущими посетителями. Девушка, молоденькая, но явно не очень дружелюбная, в ответ смерила его надменным взглядом и отправилась в сторону стойки, хотелось бы думать, что за меню или чем-то не менее важным. В ожидании Дин уселся поудобнее и оглядел помещение. Людей было довольно много (или так казалось из-за того, что кафе было очень маленьким), заняты были почти все столики, и шум от разговоров со всех сторон сливался в общий нечленораздельный гул. Дверь постоянно открывалась и закрывалась, звеня колокольчиком, и второй официант непрерывно колдовал над громко дребезжащей кофе-машиной. Пахло здесь жареным маслом и котлетами, очень резко и густо.
Неприветливая официантка с каменным лицом принесла меню через несколько минут. Не сказав ни слова, она сунула его Дину в руки и принялась быстро и порывисто убирать со столика. Нагрузив полный поднос грязных тарелок, приборов, стаканов и смятых салфеток, она, не глядя, одной рукой смахнула крошки мокрой тряпкой, резко развернулась и быстро пошла обратно к стойке.
«М-да, вероятно, хороший день сегодня не у всех…»
Меню было незамысловатое, долго изучать его не пришлось, да Дин и так уже примерно представлял, что заказать. Цены тоже были вполне приемлемыми.
Девушка с недовольным лицом вскоре вновь появилась у стола уже с блокнотом и карандашом в руках.
– Я Вас слушаю, – не глядя на него, кинула она безучастным голосом.
– Эм… Бургер с говядиной, две жареных картошки, две порции блинчиков с черникой, два кофе… Овощной суп и салат, – при последних словах официантка взглянула на него, недоуменно приподняв бровь. – Это для моего брата. Он вегетарианец, знаете… Защита братьев наших меньших и все такое… – добавил Дин со своей улыбочкой, но она лишь скривила губы, последний раз чиркнула в блокноте и, фыркнув, убежала на кухню.
Дин сложил локти на стол и отвернулся к окну, рассматривая улочку и проходящих мимо немногочисленных людей. Он уже почти погрузился в свои мысли, но тут до слуха долетели слова, выделившиеся из общего шума и моментально привлекшие его внимание. Двое мужчин за столиком у него за спиной обсуждали то, что он явно уже где-то слышал.
– Куда запропастился этот Саммерс? Копы так и не нашли его следов, оборвались где-то у озера и все, как в воду канул, – фамилия была знакомая, Дин выпрямился, напрягаясь, как струна. Тут же обострились никогда не дремлющие привычки охотника. Всегда быть настороже, не упускать ни детали. Сначала это касалось только охоты, но со временем он просто разучился, забыл, как по-другому. «Ты всегда на охоте», – говорил ему Джон с малых лет. В детстве, совсем для него недолгом, Дин соглашался с этим, потому что так говорил отец, смысл же этих слов он понял гораздо позднее. Расслабляться нельзя нигде и ни при каких обстоятельствах.
Он был внимателен до предела, слышал и буквально осязал спиной все, что происходило за соседним столиком.
– Не могу даже себе это представить, вроде нормальный мужик был, а тут бац, и мать с отцом пришил. В голове не укладывается, – говорящий отхлебнул из бутылки.
– Да нормальный-то, нормальный, а весь последний месяц, как подменили, – Дин четко слышал, как сидящий к нему спиной звякнул приборами о тарелку, дожевывая, и принялся вытирать рот салфеткой.
– Может, он того… с катушек съехал, и план убийства в башке вынашивал все это время? А мы ему «Пойдем по пиву, Коул!», «Смотрел игру сегодня, Коул?» Жуть, – полез куда-то, ощупывая звенящие мелочью карманы.
– Да… Черт-те что творится. Ведь может и так. Счет, пожалуйста, – махнул рукой в сторону пробегающей мимо официантке.
– А в начале месяца он свинтил куда-то на пару дней, никому не сказав, может, он снаркоманился вообще и за дозой ездил? Хрен знает, что этим наркоманам в голову взбредет, прибил своих стариков в припадке… Хотя, говорят, копы не нашли никаких следов насилия.
– Ага, были живы-здоровы, а тут раз, и скопытились… Еще я слышал, трупы очень странные. Один скелет, да кожа на нем… И все-таки, я считаю, он это все – Саммерс.
– Да уж тут пойди, разберись теперь… Я, кстати, слышал, что в городе еще пара-тройка человек так пропали, а в домах у них мертвые все, – официантка принесла чек, и он тоже полез за кошельком. – Может, это какой-то план, и в городе орудует маньяк-убийца?
Пересчитал, шурша купюрами, и шлепнул их о стол. Стул шумно отъехал еще ближе к Дину, и мужчина встал, надевая куртку. Продолжая выдвигать одну идею за другой, приятели медленно, протискиваясь между столами, людьми с подносами и стульями, двинулись к выходу. Они прошли мимо Дина, попали в его поле зрения, и теперь он мог их рассмотреть – это были двое простых работяг, одетых прилично, но не очень чисто. Навряд ли они могли иметь представление о происходящем больше, чем уже сказали, так что не стоило их трогать и приставать с вопросами. Колокольчик звякнул над дверью, и они вышли на улицу, теряясь из виду.
