– Выходит, Уоррен пропадал также, как и Саммерс. В начале месяца и неизвестно, куда… И вел себя необычно…– подытожил Дин, спускаясь с крыльца.
– И собака… Она не дура, не пойдет, абы куда из дома с хозяевами. Сара сказала, что пес отправился прямо за Томом, к озеру. Здесь надо все осмотреть, пока совсем не стемнело.
– Кто в дом, кто на озеро? – спросил Дин, и оба одновременно выставили вперед кулаки.
«Камень-ножницы-бумага» был одним из самых верных и неоспоримых методов разрешения всех споров между Винчестерами, и он железно постановил, что в дом пробираться – Сэму, идти на озеро – Дину.
Тяжело вздохнув, Сэм направился в обход здания, чтобы найти какой-нибудь черный ход и по возможности пройти внутрь незамеченным.
Дин же в это время свернул с улицы и отправился в сторону озера окольным путем, который указала им из окна миссис Мёртен.
За домом Уорренов росли деревья, ограничивающие двор, а за ними стелились лужайки, выходящие прямо к берегу. Но сейчас их густо заполонил кустарник, за которым, похоже, никто не ухаживал. Трава здесь, возможно, и была примята вчера утром, но вообще по всем признакам было ясно, что этим путем к озеру редко кто пользуется. Пробравшись через кусты, Дин вышел на узкую дорожку, идущую вдоль заросшего берега, и осмотрелся. Неподалеку был небольшой деревянный помост, еле различимый в камышах. Туман с озера уже начинал сгущаться, белая дымка подступала все ближе, скрыв озерные просторы и оставив в пределах видимости только берег и темнеющие в вышине прозрачные тени скал, нависающие словно серые призраки. Действовать нужно было быстрее, потому что в таком молочном мареве скоро уже будет трудно найти даже дорогу обратно. Вокруг стояла пугающая тишина, не шевелился ни один древесный лист, и только откуда-то издалека, с прибрежных зарослей, скрытых промозглым туманом, доносился тонкий, неприятный полусвист-полустон, от которого все замирало и леденело внутри.
Дойдя до помоста, Дин осторожно ступил на скользкие, заросшие мхом доски. Сделав пару медленных и осмотрительных шагов в белизну, он оказался на середине непрочной, хлюпающей по воде конструкции. Влажный туман облеплял кожу, окружал со всех сторон, и уже почти ничего не было видно, только твёрдые косые доски чувствовались под ногами. Словно живой, дышащий прямо в затылок, туман затягивал. Дин потерял ориентацию в пространстве, уже даже не понимая, в какую сторону можно сделать шаг, чтобы не упасть в воду. Пытаясь рассмотреть хоть что-то в белом, как молоко, тумане, он всё равно ничего не мог различить. Он уже собрался сделать шаг назад, хотя бы одной ногой нащупать берег, как вдруг тихое, мерзкое шипение раздалось прямо над ухом, словно кто-то был рядом все это время:
– Кто это… Кто это… Угадай, кто это…
– Он… Это он… Пришел…– уже с другой стороны.
Дин резко развернулся, оглядываясь вокруг, но никого не мог увидеть. Внутри всё похолодело.
–… Заберем…– шёпот был везде, окружал со всех сторон. Кто-то шипел, бормотал то в одно ухо, то в другое. Или залез к нему прямо в голову, копаясь в мыслях, как на полках автомастерской. Дин уже не мог разобрать этого.
– Кто здесь?! – заорал он.
– Он нас не видит, он нас не видит…
Эта чертова нечисть начинала раздражать его своими выходками. За столько лет он уже привык ко всему этому, и сейчас такие уловки вызывали в нем только бешенство.
– Покажись, ты! Трусливая тварь! – Дин зашарил руками по поясу брюк. Нож, где нож?
– Возьмём его…
– Ну уж нет, ребятки! Размечтались! – сквозь зубы прошипел Дин, выставив руки вперед и крепко сжимая рукоять железного охотничьего ножа.
Черт, а если этой дряни железо нипочем? Ведь они еще ничего не успели про нее выяснить. Больше нельзя соваться неподготовленными в такие места… Ладно, в любом случае он выберется, а если нет, то Сэм уж точно его найдет.
И тут произошло что-то, что Дин впоследствии так и не смог ни понять, ни объяснить. Он грохнулся на помост с такой силой, словно кто-то резко дернул его за обе лодыжки сразу. Еще и головой приложился так, что все мысли выбило напрочь. Шея и затылок взорвались тупой, оглушающей болью. Лежа на спине, он видел, как от удара плывут красные круги перед глазами. Осознание того, где он находится, и что кто-то хочет его сожрать, пришло быстро, через несколько секунд, и он, еще ничего не видя, резко выставил руки вперед, защищаясь. Твердая рукоять ножа еще чувствовалась в пальцах, но сжав кулак, Дин не обнаружил ее. Наверное, нож выбило из рук при падении и отбросило, неизвестно куда. «Черт!» С полминуты он еще пролежал так, пытаясь отдышаться и справиться с адреналином, и, поняв, что ничего не происходит, открыл глаза и осмотрелся. Все было тихо и спокойно, даже свист умолк в камышах. Медленно возвращалось ощущение собственного тела, вроде все в порядке, ничего не сломано и не откушено. Кряхтя, Дин предпринял попытку сесть. Больно, но успешно. «Долбанные трусы!»
