– Что ты вообще знаешь об отношениях! – Тёмыч тоже встал с кровати, правда, не так бойко, как сестра. В голове неприятно зашумело, а ноги подрагивали, грозясь подкоситься в самый неподходящий момент. – Ты же не представляешь, что такое любить и как люди вообще существуют вместе! Ты сбегаешь до того, как кто-то хоть немного приблизится к тебе! Самой в петлю не охота, а, Эль?
– Только после тебя, – огрызнулась она в ответ. – Не обязательно иметь штамп в паспорте, чтобы увидеть, что вы калечите друг друга. И пока ты этого не признаешь, ты так и будешь умирать в каждых новых отношениях. И ранить людей вокруг! Очнись уже, Тём! Варя твоя – инфантильная дура, которая в бесконечном поиске лучшего варианта. А ты…
– Ну, давай, ставь мне диагноз!
– Ты давишь людей и ныряешь в любовь с головой – каждый раз навсегда и до дна. Это не жизнь, Тём, это романтизация широких жестов – когда ты девушкам мир бросаешь под ноги… А ты хоть раз спросил – нужен им твой мир? Или, может, они хотели другого?
– Все кругом плохие, потому что любить умеют, да?
– А ты правда умеешь? Уверен? – Эля смотрела на него холодным прямым взглядом. Она не пыталась поддеть или заронить сомнение, она спрашивала в лоб, выдавала свою версию правды без купюр.
– Уверен.
– Тогда почему у нас внизу стоят коробки, а ты уже несколько месяцев разрушаешь свою жизнь и все, что построил за эти годы? И почему сейчас с тобой говорю я, а не твоя замечательная Варя? Почему она с другим, Тём, и даже не пытается наладить ваше «навсегда»? Может, прежде чем дарить кольцо, стоило подарить ей уверенность и доверие?
Эля вышла из комнаты, оставив дверь приоткрытой – напоминая, что его вещи в прихожей. Ее слова словно скопились где-то в районе желудка, готовые вот-вот вырваться наружу потоками желчи. Эля, конечно, последний человек, кому стоило бы что-то говорить о чувствах и любви, но она так искусно апеллировала к фактам, что отмахнуться от разговора не получалось. Тёмыч услышал, как хлопнула входная дверь и медленно выполз из комнаты. В доме – никого. Белка где-то у Мишки, наверное, Эля вот выезжает со двора, оставляя его наедине с воспоминаниями и вещами из несложившейся жизни.
Коробки нелепыми башенками захламляли чуть ли не весь первый этаж. Откуда у него столько вещей набралось, Тёмыч даже представить себе не мог. Кто-то уложил его мечты и будни, его злость и любовь, планы и воспоминания и отправил сюда, закрыв насовсем дверь в надежду вернуться. Дежавю оскоминой свело челюсть: Тёмыч явственно услышал шуршание стекающего из рук на пол костюма и холод тонкого кольца между пальцами. Придумать классную доставку стоило, видимо, для того, чтобы курьеры с идеальной точностью привозили ему боль.
То, что надписи на коробках сделаны не Вариной рукой, он понял сразу. Ее округлые буквы, как у первоклашки-отличницы, никак не вязались с размашистыми и угловатыми «посуда», «обувь», «книги». Судя по количеству коробок и этим опорным словам, Варя забрала из их общего прошлого только личные вещи, а все остальное отдала ему. Безжалостная щедрость, граничащая с безразличием. Или даже с изощренным наказанием: мол, смотри, ничего напоминающего о тебе мне не нужно. Но «С глаз долой – из сердца вон» не работает – это Тёмыч на своей шкуре не один раз проверил.
Нож вспарывал стыки коробок, словно нутро выпускал наружу у зверька по имени «прошлое» – жестоко и невозвратно. Тёмыч непонимающе глядел на столовые приборы, что Варя сама и купила – ей нравилась эстетика: металл под золото и черные ручки. Рассеянно гладил плед, которым они укрывались на диване. С особой болью наткнулся на коробку, в которой они хранили милые записки друг другу и бессмысленные, но приятные подарки – детский браслет, мыльные пузыри, значок с гитарой и прочую памятную ерунду. Но окончательно подкосили фото: распечатанные, словно в нулевых, полароидные с вечеринок и длинные коллажи из фотобудок. Каждый кадр, каждое мгновение их любви – все приехало вместе с коробками. Тёмычу казалось, Варя вообще ничего не забрала себе, ни одного подарка или снимка на память. Может, он и правда все себе придумал? Как когда-то – целую кругосветку в пределах Минска.
– Ну что, поехать в отпуск пока не выходит: ни времени, ни денег. Мы таких с тобой планов в работе настроили, что еще и путешествие не потянем.
Варя, поджав под себя босые ноги, ютилась на компьютерном кресле у стола. Тонкая бретелька топа сползла с плеча и забирала все внимание Тёмыча на себя.
– А куда бы ты хотела? Лежать под солнцем стопудово!
– Хорошо, конечно, ну а гулять по новым городам, бродить, заходить в кафе и магазины? Наблюдать, короче.
– Мы обязательно выкроим время и поедем, обещаю тебе! – Тёмыч обвил руками хрупкую фигурку Вари и поцеловал ее в макушку. – Составляй список городов – нам нужна конкретная, видимая цель!
