Антон Хвощ в ту минуту понял, что такие люди, как этот «Воробей», пойдут в любой огонь, лишь бы достигнуть цели…
Поправив автомат, «Воробей» снова вскинул мешок на плечо, весело подмигнул Антону и произнес громко и презрительно:
— Плевал я на твоих приятелей!.. Сидят здесь в лесу, как мыши под веником. Свяжись только с такими, так они тебя погубят ни за грош… Нет, лучше я пойду своей дорогой.
— Слушай, Денис! — нарочито громко начал упрашивать Антон, шагая следом за своим неспокойным дружком, — Ты поговори с ними. Не понравится тебе здесь — делай тогда, как знаешь. Давай зайдем к ним…
— Нашел дурака! Буду я кланяться каждой сволочи!..
Голоса их то гулко разносились по лесу, то затихали. Денис Воробей оказался довольно капризным, когда дошло до выбора места для отдыха. Они почти кругом обошли всю Волчью гряду, пока Денис, наконец, остановившись на небольшой полянке, не заявил:
— Стой, паря! Никуда я дальше не пойду. Сейчас вот разожгу тут костер и лягу спать.
— А как же встреча?
— Плевал я на нее, — сбрасывая на землю мешок, выругался Денис. — Вот отдохну и пойду своей дорогой. Помоги мне насобирать хвороста…
Минут через десять на полянке уже горел костер. Денис прилег возле него, казалось, безразличный ко всему, что происходило вокруг. Антон быстро зашагал в сторону бандитского лагеря.
Не найдя бандитов на прежнем месте, он начал бродить по чаще, иногда останавливаясь, чтобы прокричать условное «клох-клох-клох», похлопывая ладонями, как тетерев крыльями. Наконец невдалеке от того места, где «Воробей» вытаскивал из мешка автомат, послышался ответный сигнал Черного Фомки. Скоро и сам он осторожно выглянул из-за густого орехового куста.
— Ты здесь один? — спросил он Антона, оглядываясь по сторонам.
— Пока один.
— А нам… А мне показалось, что я слыхал какие-то голоса. Твой и еще чей-то, незнакомый… Ты никого не привел?
— Привел того человека, о котором я говорил Слуцкому, — ответил Антон. — Да ничего, видать, не выйдет. Не хочет этот Воробей присоединяться к вам. Боится, что ли…
— А где он?
Антон махнул рукой.
— Улегся возле костра. Надоело мне его уговаривать. Ругается, что я затащил его сюда…
— Ничего, — угрожающе произнес Черный Фомка. — Я его скоро успокою. Пошли к Слуцкому… Ты не знаешь, что это ночью горело в той стороне?
— Сгорела эмтээсовская типография.
— Смотри ты! — пряча в глазах беспокойство, удивился Черный Фомка. — Как же это случилось?
— Говорят, кто-то бросил в корзину с бумагами непогашенную папиросу.
— Растяпы!..
Слуцкого в лагере не оказалось, не было и Тхорика. Возле погасшего костра сидели Тропашка и Суконка. Они встретили Черного Фомку и Антона какими-то встревоженными и растерянными взглядами.
— А где остальные? — спросил Черный Фомка.
— Следят за незнакомцем, — ответил Тропашка. — Слуцкий приказал нам никуда не отлучаться. Ну и здоровенный же этот парень!
Антон, делая вид, что сильно обижен таким недоверием, напустился на бандитов:
— Ну и собаки же вы! Сами просили, чтоб привел к вам человека, а теперь готовы его съесть. Тайком подползаете, вынюхиваете!.. Нет того, чтобы встретить как следует! Да он с таким дерьмом и знаться не захочет! Вот попомните мое слово…
— Ну ты, щенок, не слишком тут расходись, — огрызнулся Черный Фомка. — Пока мы не убедимся, что это за человек, доступа ему в наше войско не будет. Кто знает, а может, он подослан из МГБ? Чтобы перебить нас…
— Он такой же подосланный, как и ты! — все больше распалялся Антон. — Нужны вы ему, как в мосту дырка! Я еле уговорил его прийти сюда.
— Так почему ты сразу не привел его к нам?
— А откуда он знает, кто вы такие? Он доверяет вам так же, как и вы ему.
— Ну, тогда нечего тебе обижаться, — уже более мягко проговорил Черный Фомка. — Должен понимать, что нам всегда надо быть начеку.
Из чащи, держа наготове автомат, вышел Слуцкий.
— Тихо, спадары! — крикнул он властным голосом. — Ваши споры услыхал даже тот человек. Наставил уши и прислушивается. Я оставил его под присмотром Тхорика. Скажите, спадар Хвощ, это тот человек, о котором вы мне говорили?
— А кого другого я мог сюда привести? — недовольно проворчал Антон.
— Вы, пожалуйста, не сердитесь за эти строгости, — сухо проговорил Слуцкий. — Бдительность и осторожность никогда не мешают. Давайте сюда этого человека.
— Так он не хочет сюда идти.
— А вы попросите.
Антон пошел, но минут через десять вернулся один.
— Он собирается уходить. Я ему рассказал, что вы за ним следили.
Слуцкий укоризненно покачал головой.
— Ну зачем вы ему признались? Я сам бы обиделся, если бы меня так встретили. Ну что ж, если гора не идет к Магомету, то Магомет пойдет к горе. Только, пожалуйста, предупредите его, чтоб он не пальнул в нас из автомата. Как, вы говорите, его зовут?
— Денис Воробей.
— Недурно придумано, — похвалил Слуцкий.
Антон пошел впереди, а за ним, готовые в любой момент укрыться за толстыми стволами деревьев, — Слуцкий и Черный Фомка. Воробей лежал к ним спиной и даже не повернулся, когда услышал треск сухих еловых шишек под ногами. Спросил только коротко:
— Это ты, Антон?
— Я, Денис. А со мною, глянь, те, о ком я тебе говорил.