— Я не против, — Чарльз пожал плечами и пристроился ближе к Эрику, — знаешь, я сегодня нашел у вас обломки какого-то очень старого корабля на дне, от него почти ничего не осталось, но я видел… — юноша начал рассказывать о необычной форме бортов и штурвала, о разбитом сундуке и кусках палубы, поросших илом и Эрик внимательно слушал его. Пока Чарльз любовался закатом, погруженный в свой рассказ, он даже не заметил, что Леншерр смотрит только на него. Ветер становился прохладнее и Эрик чуть сдвинулся, снял с себя рубашку, накинул ее на плечи Чарльза и тот от удивления даже вздрогнул и прервал свой рассказ.
— А?
— Твоя кожа, — пояснил Эрик и провел указательным пальцем по руке Чарльза, покрывшейся едва заметными мурашками. — Ты ведь замерз.
— Да я в порядке, — немного растерянно произнес юноша, но затем тихо поблагодарил и поправил рубашку Эрика на плечах, укутываясь в нее. — Но, а как же ты?
— Мне и майки хватит, — ответил Леншерр и придвинулся ближе. — Что ты нашел на корабле?
— Это должен быть сюрприз. Я слышал, в вашем мире эти вещи ценятся. Вообще я нашел их, пока искал ракушки для моего места, о, а еще я нашел Падди.
— Кого?
— Это осьминожка. Он был совсем один, и я подобрал его. Теперь он устроил себе логово рядом с моей постелью.
— Ты завел… ручного осьминога?
— А вы люди не заводите животных?
— Заводим. Но осьминог… Хотя, наши кошки покажутся тебе странными.
— Кошки?
— Вездесущие создания этого мира, — хмыкнул Эрик и придвинулся ближе, глядя на первые звезды, которые начали сиять на темнеющем небе.
Это было глупо, почти банально и он чувствовал себя как чертов юнец в этот момент, и даже во рту пересохло от странного волнения и глупости слов, которые он собирался сказать. Но Чарльз не из тех, кого можно потащить в таверну, угостить выпивкой и лихо улыбнуться, для того, чтобы жертва сама вешалась на шею. Он вообще не походил на кого-то, кто хоть раз делал что-то подобное. Так должно быть и было. Как принято проявлять внимание у подводного народа? И принято ли? Да даже если и есть какие-то ритуалы, то ему было легко представить как сам Чарльз кружит вокруг какой-нибудь русалочки, принося ей в дар ракушки и морские цветы, и она тает от радости, что заслужила внимание такого красавца. Он ведь не будет здесь вечно. А Эрик всего лишь позволит себе детскую глупость. И ничего предосудительного, несмотря на сны и фантазии…
— Ты знаешь, в море мы определяем местоположение по звездам.
— Звездам?
— Да, — Эрик указал на небо, и Чарльз забавно запрокинул голову. Слишком сильно и резко, так что у Эрика перехватило дыхание от вида изящной обнаженной шеи, по которой еще стекали капли воды. И только если присмотреться, можно было различить бледные линии жабр, которые сейчас были сжаты так плотно, что походили на тонкие, почти незаметные шрамы на коже. Такой тонкой… такой чистой, словно никто ни разу не касался ее губами, не впивался в нее зубами, оставляя собственнические метки… — Они образуют созвездия, некоторые сияют ярче остальных и по ним можно определить стороны света, — Эрик медленно опустил руку, чувствуя себя одновременно охотником-неудачником и малолетним мальчишкой, когда приобнял Чарльза за талию. Он замер, ожидая реакции русала и уже готов был извиниться и отстраниться, но тот только повиливал хвостом и смотрел на небо.
— И у них есть имена?
— Что?
— У звезд?
— А, да, конечно. Есть, — Эрик сглотнул и чуть сильнее сжал бок Чарльза через влажную ткань своей же рубашки, и к его удивлению, Чарльз сам придвинулся ближе и положил голову ему на плечо.
Этот момент был похож на глупый сон, но Эрик чувствовал, как взволнованно билось его сердце и мысленно проклинал себя за то, что уже не властен над своими чувствами. Он не знал, как долго они просидели вот так на пляже, глядя на звезды, но в какой-то момент вопросы Чарльза стали затихать, а его дыхание стало спокойным и глубоким. Юноша так и уснул, уткнувшись лицом в плечо Эрика, почти навалившись на него всем весом и небрежно обвив рукой его талию. Тепло и умиротворенно. Вода с тихим шорохом набегала на босые ноги Эрика, щекотала щиколотки и стопы и приподнимала воздушные плавники Чарльза.
— Что же мне с тобой делать? — тихо и почти обреченно спросил Эрик и посмотрел на темное, усыпанное звездами небо, впрочем, не ожидая ответа от высших сил. Он знал, что Чарльз не сможет остаться, это опасно для него, тем более сейчас, когда весь остров ищет русалок. И стоило ему об этом сказать вместо того, чтобы разговаривать о звездах, но Эрик не хотел расстраивать русала, и в глубине души боялся, что стоит сказать обо всем этом, как Чарльз уплывет даже не попрощавшись. И это было бы правильным решением. А что он делает?
