– Миссис Калвер, почему вы захотели встретиться со мной?
– Вы ведь знаете про убийство Рая Стросса.
– Да.
– Я хотела бы услышать ваши мысли на этот счет.
– Нет у меня никаких мыслей.
– Наверное, вам было очень тяжело, – продолжает Джессика. – Все прошлое вдруг вернулось к вам.
– Прошлое вернулось ко мне?
– Гибель вашего старшего сына.
Ванесса улыбается:
– Думаете, проходит хотя бы день, когда я не вспоминаю Фредерика?
По-моему, это великолепный ответ. Я бросаю взгляд на Джессику. Она делает новую попытку:
– Когда вы услышали, что Рай Стросс найден…
– Я простила его, – перебивает ее Ванесса Хоган. – Причем уже давно. Я их всех простила.
– Понимаю, – говорит Джессика. – Как по-вашему, где он сейчас?
– Рай Стросс?
– Да.
– Горит в аду. – На лице Ванессы появляется озорная улыбка. – Я-то его простила, а вот Господь вряд ли. – Она медленно поворачивается ко мне. – Как ваша фамилия?
– Локвуд.
– Вин Локвуд?
– Да.
– Он украл вашу картину. – (Я не отвечаю.) – Вы поэтому приехали сюда?
– Отчасти.
– Из-за Рая Стросса вы потеряли картину. Я потеряла сына.
– Я не провожу сравнения, – говорю я.
– Я тоже. Так зачем вы здесь, мистер Локвуд?
– Пытаюсь найти кое-какие ответы.
Кожа на ее руках напоминает пергаментную бумагу. Вижу следы от внутривенных игл.
– Другую вашу картину так и не нашли, – говорит Ванесса. – Я узнала из новостей.
– Да.
– Так вы ее разыскиваете?
– Отчасти.
– Но это лишь малая часть ваших поисков. Я права?
Наши глаза встречаются, и между нами проскакивает что-то сродни пониманию.
– Мистер Локвуд, скажите, чтó вы на самом деле ищете?
Я оглядываюсь на Джессику. Она не вмешивается.
– Вы когда-нибудь слышали о Патрише Локвуд?
– Полагаю, это ваша родственница.
– Двоюродная сестра.
Ванесса садится повыше, жестом прося рассказать подробнее. И я рассказываю:
– В девяностые годы было похищено около десяти девочек-подростков. Их против воли удерживали в хозяйственном сарае, не очень далеко от Филадельфии. Их истязали месяцами, возможно, годами, постоянно насиловали, а затем убивали. Удалось найти тела лишь нескольких жертв.
Она пристально смотрит на меня:
– Вы говорите о Хижине ужасов? – (Я молчу.) – Я по кабельному смотрю много криминальной хроники. Насколько помню, это дело так и не было раскрыто.
– Вы правы.
Она пытается удержаться в сидячей позе.
– Значит, вы думаете, что Рай Стросс…
– Есть доказательства его причастности, – говорю я. – Возможно, он действовал не один.
– Одной девушке удалось сбежать. Это и была…
– Да. Это и была моя сестра.
– Боже мой! – Она взмахивает рукой и тут же опускает на грудь. – Это главная причина вашего приезда?
– Да.
– Но почему ко мне?
– Вы способны прощать, – отвечаю я.
– А вы нет, – договаривает она за меня.
Я пожимаю плечами:
– Кто-то убил моего дядю. Кто-то похитил мою двоюродную сестру.
– Вам следовало бы отдать это в Божьи руки.
– Нет, мэм. Я так не думаю.
– Послание к римлянам, глава двенадцатая, стих девятнадцатый.
– «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: „Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь“».
– Меня восхищает ваше знание Библии, мистер Локвуд. Вы понимаете, что означает этот совет?
– Мне ровным счетом все равно, что он означает. Я хорошо знаю другое: люди, творящие подобные злодеяния, никогда не останавливаются. Они убивают снова и снова. Всегда. Они не излечиваются, не поддаются реабилитации и, простите меня, не находят Бога. Они продолжают убивать. Вы включите вечерний выпуск новостей и услышите о пропаже какой-то девушки. Возможно, ее похитили те же убийцы.
– Если только Рай Стросс не действовал в одиночку, – говорит Ванесса.
– Возможно, но вероятность предельно мала. Моя сестра рассказывала, что ее похищали двое.
– Вы настроены решительно, мистер Локвуд. – Она улыбается одними губами.
– Ваш сын утонул в упавшем автобусе. Патрик О’Мэлли, агент ФБР, отец шестерых детей, был застрелен. Мой дядя Олдрич тоже был застрелен. – Я делаю паузу, больше для драматического эффекта. – Добавьте к этому жестокое обращение с теми девушками и их убийство в Хижине ужасов. По-моему, это недостаточно емкое название. – Я подаюсь вперед, тоже для драматического эффекта. – Да, миссис Хоган, я настроен решительно.
– А если вы найдете правду? – (Я молчу.) – Вдруг вы найдете правду, которую не сможете подтвердить? – Лицо Ванессы Хоган оживилось; голос стал энергичнее. – Допустим, вы найдете виновного, но никоим образом не сможете в суде доказать его вину. Что вы тогда будете делать?
Я оглядываюсь на Джессику. Она тоже ждет моего ответа. Я не любитель врать, поэтому стараюсь уклониться от вопроса:
– Вы спрашиваете, позволил бы я серийному убийце и насильнику преспокойно уйти?
Ванесса Хоган выдерживает мой взгляд. Я пытаюсь вернуться к цели нашего приезда:
– У вас тогда побывал Билли Роуэн.
Она моргает, приваливаясь к спинке кресла.
– Когда он появился на моей кухне, он был таким смиренным, полным раскаяния. – Подумав немного, Ванесса тихо вскрикивает. – Вы думаете, Билли Роуэн как-то причастен к тому жуткому сараю?
