– Ты с ней виделся? – удивленно спросил я у полковника. – Ты же закрыт был!
– Ну мы же не в дровах найденные, – улыбнулся мужчина и залез себе куда-то за пазуху, протянул мне скрученное в несколько слоев письмо: – Видеться не виделся, но передачу получил. Извини, что в таком виде.
Я вырвал его из рук, едва только сообразил, что это, хотел вскрыть, но потом подумал, что прочитаю, как только останусь один.
– Спасибо… – сказал я. – Что еще интересного?
– Интересного много, но вот важное… – подумал полковник. – Ты знаешь, почему со мной оказалось так мало оперативников? Небось не раз задавал себе этот вопрос, когда тебя заперли?
– Да! – согласился я. – Было дело.
– Да просто знали, какие тут крутые ребята! – самодовольно сказал Дима.
– Почти, – скосив на него глаза, сказал полковник. – Но все немного по-другому… Дело в том, что после провала охраны меня отправили к вам не Машу искать, а вынюхивать следы похищения. Одной из версий было то, что это все ты устроил. Сначала мне было непонятно, что я делаю при тебе. Только потом я понял, что играю не первую скрипку и скорее посредник при штабе… В то, что мы сможем найти Машу через вас, а уж тем более из поместья Зиминых, никто и не верил… Только я, и то надеялся… В результате основной штаб так ничего и не нашел, а наша с тобой команда, пусть я и атаковал Дорониных, два раза напала на след, а потом и спасла ее. В результате работы по шапке получили все, кто мог и кто не мог. Особенно за отсутствие результатов.
– Да, кстати, – влез Дима. – А как так получилось, что ни с одного спутника ничего не увидели? Могли же отследить.
– Могли… – ответил полковник. – Только облачность не позволила ничего увидеть. По камерам тоже там вопросы были… Кое-где не работали, там сейчас целая комиссия работает по расследованию. Меня вот от работы отстранили и отправили в отпуск.
– Ну вот… – заулыбался я. – Ты наверняка лет пять в отпуске не был.
– Семь, – поправил меня полковник. – И да, самое главное, из-за чего я решил все же заехать к тебе в первую очередь.
– Это почему же? – удивился я.
– Богрянин… Точнее, его тело… исчезло… – сказал Говоров, наблюдая за моим выражением лица.
– То есть как это? – не понял я.
– А так… Приехали наши эксперты и посмотрели на дело рук твоих. Нашли шесть трупов, двух живых охранников в гараже, а тело Богрянина не нашли, – пожал он плечами и принялся за бутерброд. – Теперь нет тела – нет дела. Кто это так следы замел, я не знаю, но Богрянина тут уже не пришьешь, скажет, что это подстава, и будет почти прав. Ты точно его убил?
– Пуль семь всадил, и одну из них точно в голову, – задумчиво сказал я. – Ладно, если бы те из гаража тоже сбежали, но ведь они без сознания были. Это кто же с пулей в голове бегать умудрился, да еще и главную улику спереть?
Через минуту я спросил:
– Есть фотки с места?
– Есть, – сказал Говоров, – но тебе их пока вряд ли покажут. Тут даже я пока не помогу. Сказали не появляться в администрации и ни с кем не встречаться. Могу только ответное письмо попытаться передать.
– О-о! – обрадовался я. – Если можно!
– Можно, – ответил он. – Но завтра. Я хочу в ванну и поспать!
– Дима, – посмотрел я на друга.
– Доставим господина полковника в лучшем виде! – заверил меня приятель.
Они вышли, а я, закрыв дверь на ключ, с вожделением повернулся назад, чтобы сесть в кресло и прочитать письмо, но остановился. Кресло было уже занято, в нем сидела мама и с удовольствием жевала один из бутербродов, которые не доел Говоров.
– А ничего у тебя тут. Уютненько! – восхитилась она. – Мне здесь нравится больше, чем на Немиге.
– Вот это поворот, – сказал я. – Не ожидал тебя тут увидеть…
– Ну, это понятно, – заявила мама. – Молодой еще, к тому же попал в переплет, так что я тебя не виню… Как чувствуешь себя?
– Спасибо, хорошо, – ответил я. – Я, кстати, решил ту проблему, которую просил решить тебя…
– Да? – удивилась она. – Странно; если мне не изменяет память, ты хотел, чтобы я расследовала похищение.
– Я уже нашел Машу и Ао, – сказал я.
– Да? – произнесла она, наливая себе чай. – А я думала, ты не только девушек хочешь найти, но и заказчика?
– Ты его нашла?! – сразу сделал я стойку, понадеявшись решить все проблемы одним махом.
– Нет, – сказала она, – но я нашла человека, за которым нужно следить, и он рано или поздно приведет нас к заказчику.
– Я слушаю! – бросил я, удобно усаживаясь в кресле. Машкино письмо подождет.
– Это совещание для всех глав родов, – безапелляционно заявил отец. – Нужно многое обсудить! Особенно меня волнуют размеры контрибуции и репарации. И пусть кто что хочет, то и думает, но ты должен получить повышенный процент. А для этого поприсутствовать на совещании и, может быть, даже что-то ответить.
– Ну да, – кивнул я в такт его словам. – Это уже было на прошлом совещании, на котором я не присутствовал… Петриченко громче всех возмущался, что он, видите ли, потерял бойцов и машины. А я за вашими спинами отсиделся, еще и денег поднял на охране. Так я еще и на войне заработаю больше, чем он.
