– Да это я как раз таки понимаю, – скривился я. – Не это меня бесит. Род Советниковых глубоко пустил корни в роды, входящие в клан. Дело в том, что проблема была, есть и будет. Система вознаграждений и дотаций, которую придумали Советниковы, после того как стали получать выгоду от вашего договора, оказала родам медвежью услугу… Они просто разленились… Да, от производства и доходов роды скидываются в клан. И отдают процент, не забывая свои карманы, но стоит понимать, что они забыли риск – риск погореть. Даже если из запущенных предприятий что-то не пойдет, его можно закрыть и не париться, а на следующий год запустить нечто другое с теми же работниками… Может, получится.
Тридцать процентов предприятий беспроцентно прокредитованы из казны клана и находятся в залоге. Причем в большинстве своем денег на то, чтобы вернуть их в эту казну, нет. Деньги должны крутиться и приносить доход, и они крутятся. Я изучил вопрос, роды очень сильно заинтересованы в клане. Боюсь, они просто потеряли нюх. И единственное, что могут, так это собачиться друг против друга и интриговать… Это во-первых… Во-вторых, эти кредиты и субсидии шли из рода Советниковых, основателя клана… Я же ни таких объемов денежных средств, ни желания вкладывать в кого-либо не имею.
– То есть ты думал об этом? – как будто бы поймал меня на чем-то, сказал Тау Лонг.
– Думал, как не думать, – ответил я спокойно. – Думал, есть ли причины, ради которых я бы хотел стать главой клана. И понял, что ни причин, ни желания у меня нет…
– Это, с одной стороны, очень умный поступок, а с другой – очень глупый, – ответил Лорд Дракон. – Я очень рад, что ты понимаешь, что глава клана – это огромный и не очень приятный труд… А с другой стороны, я не понимаю, как ты не видишь очевидного… Если главой клана станет твой брат, то ты долго не протянешь.
– Не думаю, что мне что-то угрожает, – ответил я. – Статус рода – международный, это очень солидный статус, который никто не хочет бросать. К тому же мой авторитет уже достаточно высок. Мои братья это понимают, им просто невыгодно меня устранять. Им проще подождать, пока у меня появится наследник, и тогда прихлопнуть… Но в этом случае у меня уже появится княжеская поддержка, и устранять меня будет как минимум хлопотно и невыгодно. И никто их не убережет от княжеской дружины и расследования в этом случае.
– Ты думаешь, что авторитет и страх перед князем спасут тебя? – скептически посмотрел на меня Тау Лонг. – Ты просто не хочешь принимать на себя власть, отбрасываешь ее от себя. И не задумываешься достаточно глубоко над этими вопросами… Особенно над тем, что все перечисленное тобой было у твоего отца… и даже больше этого… И его сейчас нет… Он погиб… Мастер! Глава клана! Погиб в автомобильной катастрофе… Для меня виновник очевиден, и я уверен, что он не оставит тебя в живых, если ты начнешь размышлять.
– Так, – сказал я, подняв руку, призывая его молчать. – Время еще есть, и, по крайней мере, я хочу просто покатать эту мысль в своей голове.
– Хорошо, – сказал он. – Знай, что, посмотрев на твоих родственников, я вижу во главе клана и рода тебя. Лучше избавься от них сам, иначе они избавятся от тебя.
– Хорошо, – сказал я. – Я подумаю…
– Арсений Викторович, – быстро постучав в дверь, тут же следом вошел Дима, лицо его выглядело озадаченно. – К вам фельдъегерь с «молнией».
– Прошу меня простить, – ответил я на это Тау Лонгу. – У меня появились новые дела, и нужно срочно с ними разобраться… Дима выделит вам человека, который проведет на ваше новое место пребывания.
– Не стоит, – отмахнулся Лорд. – Я знаю, где это… У меня пока еще есть тут дела. Приеду вечером, поговорим?
– Непременно, – сказал я, провожая Тау Лонга до двери. И когда он вышел, тихо продолжил: – Непременно, если от меня к вечеру отстанут и не захотят видеть еще где-нибудь.
Дорога от князя проходила в тишине. Едва Дима пытался что-то сказать, как я поднимал руку и призывал его заткнуться и ничего не говорить. У меня не было никакого желания что-либо делать и что-либо рассказывать. Внутреннее напряжение, которое меня охватило, несмотря на всю уверенность в себе и внутреннее спокойствие, очень сильно действовало.
То, что происходило со мной сегодня, не поддается осмыслению. И самое страшное, что я просто не хочу делать то, к чему меня подталкивают. Причем подталкивают с разных сторон два совершенно не похожих друг на друга человека. И даже не знакомых друг с другом. Тау Лонг и Александр Минский.
В прибытии фельдъегеря не было ничего такого… Я не раз слышал, что князь пользуется спецсвязью в том случае, если хочет с кем-то приватно пообщаться на определенные темы. Мне вот документ пришел совершенно другого содержания. Требовалось просто прибыть к князю, причем как можно быстрее. Поставив время, дату и подпись на конверте, я демонстративно скомкал послание и, достав металлическую емкость для уничтожения документов, сжег его.
