– Я хочу треть от крупнейших компаний Советниковых… Не всех, а занимающихся торговлей с Китаем, – веско сказал князь. – И к тебе никто не подойдет… Скажу прямо… Пока нас не будет в столице, ты вполне в состоянии решить проблему братьев кардинально и рассчитывать на то, что моя гвардия тебя прикроет от тех, кто захочет проверить твой клан на вшивость.
– Если я и решу эти вопросы кардинально, то мне не нужна будет помощь от вас в прикрытии. У меня шесть десятков Витязей и глава клана в гостях, который напряжется и достанет мне еще бойцов, пусть Боевиров, но это большая сила. Мне не нужно будет такое прикрытие.
– Нужно будет! – не согласился князь.
– Нужно, – согласился я, – но не за такую цену… Я, конечно же, понимаю, что молод и растерян, и, что греха таить, смущен вашим предложением сделать из меня главу клана, но даже в таком состоянии я понимаю, что решение данного вопроса никак не может стоить треть от дохода…
– Хорошо, четверть, – согласился князь и взглядом не поведя. Он политик со стажем, это хорошо видно по его делам, попытка хоть как-то надавить на жалость не прошла. Он никак не отреагировал, а только с деланым сожалением согласился на ту цену, которую я не называл.
– Меньше, но тоже неприемлемо… – ответил я. – Вы даже приказ отдавать не будете… А процент – примерно пять или даже три…
– Три процента князю… – возмущенно сказал он, и я почувствовал досаду: это была реальная цена тем услугам, что он мне предлагал, и одновременно с этим он чувствовал недоумение.
– Согласен… – немного подумав, ответил я. – Пять… будет отлично… но не за помощь в прикрытии… Нет… Пять процентов только в качестве уважения, и то для того, чтобы внести свой вклад в развитие княжества. «Пять» звучит не очень солидно, но вы не будете ничего делать. Только получать свои дивиденды. Это будут солидные деньги. В год на них можно будет открыть средний завод или даже укомплектовать полк шагоходов и содержать их… К тому же пожертвование можно сделать не вам, а княжеству, что сразу закроет рты недовольным и поднимет ваш статус. Возможно, все будут все знать, но сказать будет нечего. Мы не дадим повода, а потом, чем черт не шутит, возможно, кто-то попробует решить свои проблемы именно подобным фокусом и также принесет в казну помощь…
Я сам не понимал, что на меня нашло, начал фантазировать и забивать голову князю. Мне не очень-то хотелось, чтобы он опять начал предлагать мне убить собственных братьев и встать на их место.
– Ладно, – согласился князь, только чтобы я заткнулся. – Это мне понятно… Я не понял, ты согласился или нет?
– Ничего я не согласился, – ответил я ровно. – Вопрос сложный, мне нужно подумать…
– Что тут думать? – возмутился он. – Они тебя жалеть не будут, даже не думай, не нанесешь превентивный удар – нанесут по тебе.
– Мне все равно нужно это все обдумать, – остался непреклонен я.
Трель коммуникатора прервала наш разговор.
– Ваше сиятельство, Анна Викторовна просит вам напомнить…
– Я помню! – зло перебил он своего секретаря, нажимая на кнопку коммуникатора. Потом посмотрел на меня и сказал: – Женщины… Я должен прибыть на примерку перед вылетом… Чтобы мы ничего не забыли и еще раз посмотрели на себя в зеркале, вдруг изменится форма ног или тела или же нужно будет убрать эти странные запонки… А серьезными делами когда заниматься? И не откажешь…
Сказать, что я вновь был удивлен, – ничего не сказать. В отличие от меня, князь был во мне на сто процентов уверен, как и в том, что я успешно возьму в жены Марию. И у нас все будет хорошо. Так еще поделился по-настоящему интимными подробностями своей жизни, а это знак, важный знак, что меня приняли в семью, и в этом придется неслабо так разобраться. Поэтому я просто промолчал.
Князь, сообразивший, что произошло, продолжил:
– Короче! Мы основной вопрос обсудили. Приеду – хочу видеть тебя главой клана! Мои люди приказ получили. Будут тебя прикрывать. Так что пораскинь мозгами и включайся в работу, ситуация сама собой не рассосется… Вопросы?..
– Мне все ясно… О вопросах расчета поговорим после вашего возвращения, – ответил я.
– Вот и отлично, – сказал князь, когда я уже начал поворачивать в сторону, чтобы уйти, он меня остановил: – Да, кстати… Я буду совсем не прочь поучаствовать в какой-нибудь крупной компании как учредитель и в таком случае не буду претендовать на пять процентов.
– Я подумаю, – сказал я и вышел. И уверенно шел до машины, и только в ней растекся амебой по креслам. Мне не хотелось ничего говорить. Собравшись, я спросил: почему мы не едем домой?
– Я про это хотел сразу сказать. Павел объявил общий сбор всем главам родов… – ответил Дима.
– Блин… – только и смог сказать я.
«Мне удастся вообще хоть что-нибудь сделать?»
Ло лежал на кровати и, вытянув ноги, отдыхал, ожидая, когда наступит время построения. Рядом лежал Ленчик и нажимал что-то на телефоне. Они одними из первых закончили обслуживание своей техники и поэтому, придя в казарму, легли на кровати немного отдохнуть.
