Яды преподавала кикимора. Это стало ясно, едва она переступила порог. Высокая, стройная женщина со строгим лицом и веселыми, с чертятами, глазами. Ее несколько потускневшие зеленые волосы поражали своей послушностью, что заставило нас с Витой переглянуться и уважительно покоситься на преподавательницу, втайне желая узнать рецептик. Свои прядки она собрала на макушке и заколола китайской заколкой-палочкой.
– Она полукровка, – наконец выдала Вита после тщательного изучения преподавательницы.
Старшая кикимора, как будто услышала нас, улыбнулась сообразительной болотнице.
– Итак, дети мои…
Едва она заговорила, шум стих, уступая место мертвой тишине. Да уж, кикимор боялись, пусть даже и не стопроцентных. Или это предмет так влиял на дисциплину? Наверное, второе вернее. Ибо преподавательница подошла к застекленному шкафу, открыла дверцу и призывно махнула адептам.
– Все, что вы найдете здесь, можно использовать для приготовления своего зелья. Работаем в парах, также в парах будете оттирать следы своих побед, а потому рекомендую экспериментировать с умом. Для тех, кто не хочет творить, на доске, – женщина кивнула на зеленую поверхность, где проступали слова, – рецепт. Для совершения вашего черного дела у вас есть час. Приступаем, и да пребудет с вами мудрость!
На последних словах она хихикнула, показывая, как относится к нашей «мудрости».
Вита сорвалась с места, вступая в битву за ингредиенты, я же замерла над нашим котлом, разглядывая его глубину и рассуждая, из чего он сделан. Увы, курса металлургии в школе не читали, и из всего многообразия мне шел на ум только чугун.
Битва за ингредиенты набирала обороты: у шкафа толпились возбужденные адепты, желающие оттяпать у других если не нос, то редкую составляющую. По этому аншлагу я поняла, что такой предмет, как «Практическое ядоделание», известен многим и, судя по остервенению, преподавался дома с пеленок.
Под шумок в аудиторию проник Джейс, кивнул преподавательнице, которая с осуждением покачала головой, сложив руки на груди. Болотник состроил извиняющуюся рожицу и быстренько поднялся ко мне.
– Битва за урожай?
– Ага, только кукурузы не хватает, – не выдержала я.
Болотник странно на меня посмотрел, но промолчал, разводя огонь под котлом. Я повторила его действия, запоминая последовательность. А насколько было бы легче, если бы выдали просто спички! Честно, когда два порошка заискрили, среагировав друг с другом, я отшатнулась, и только стенка за спиной не дала мне позорно бухнуться на попу. Затылок заботы не оценил и теперь ныл, ушибленный.
– Что Ройтен хотел?
– Проораться, – подмигнул парень. – Ну еще отработку дать. Хотел. Посмотрел на меня и передумал. Имущество Академии для него оказалось слишком ценным и невоспроизводимым, а потому меня отпустили на все четыре, приказав написать тридцать раз «я раскаиваюсь» и сдать ему на следующей паре.
– Изверг! – посочувствовала я.
Учитывая, какое наказание дали болотнику, я предположила, что мне дали бы похожее. И хоть я не собиралась нарушать дисциплину, следовало подготовиться заранее. Сегодня же найду жертву с лингвистическим будущим и буду делать из него или нее педагога.
С поля битвы вернулась довольная, но слегка не в форме Вита. Судя по взъерошенности и царапине на руке, ей пришлось платить за добычу не только волосами, но и кровью. Суровый мир!
– С возвращением, Джейс, – кивнула нашему сокоманднику девушка и вывалила на стол честно добытое.
– Ух ты, – протянул парень.
Он, видимо, знал, что именно нам предстоит готовить по задумке кикиморы, и гордился выбором подруги.
– Ничего, Трейс шерсть висельского носорога отвоевал, – шепотом поделилась девушка.
Лицо Джейса просветлело.
Вита тем временем раскладывала составляющие по кучкам в порядке их использования.
– Нарежь это.
Мне выдали нож и ткнули в россыпь травок.
«Фигня», – думала я.
«А вот и обломаешься», – думали они.
«Что за?» – возмутилась я.
«Выкуси», – торжествовали они.
Я приуныла: травки артачились и не хотели резаться. Вместо этого они норовили выпить моей кровушки. Гемоглобинчика им захотелось! А вот фигушки! Врагу не сдается наш храбрый «Варяг». Впрочем, враг тоже не собирался щадить мои нежные чувства.
Когда я уже готова была на стенку лезть от досады, к нам подошла преподавательница и молча перевернула мой нож с острой стороны лезвия на тупую. Тихо поблагодарив, я резанула по траве, и… все получилось! Вот и пришло время ответить за свои деяния!
Трава стонала, трава скрипела, и адский смех над ней летал, котел звенел, вода журчала, и смрадный дух над ним восстал. В смысле, мы добавили травку в котел с водой и дружно попрятались от газовой атаки.
– Не учла, – зажимая нос и прячась под столом, проговорила Вита. – Видимо, свежее сено попалось.
– Еще какое, – недовольно пробурчал вернувшийся Трейс.
