– Каждый вечер в главном амфитеатре вас ждёт грандиозное реалити-шоу, которому позавидовал бы Древний Рим. Все наши актёры – это живые люди. На нашем острове нет ни одного андроида, потому что мы не признаём дешёвых подделок. Только настоящая плоть и кровь. Все развлечения в Парке можно разделить на три категории: «Всё включено», «Индивидуальные программы» и «Эксклюзив». – И, пожалуйста, не говорите нам, что «Эксклюзив» дорогой. Он не дорогой, дороги расходные материалы. Если вы знаете, где достать дешевле и качественнее, обязательно скажите, и моя благодарность не будет знать границ! В разумных пределах, – добавил Князь улыбаясь.
– Как вы, наверное, заметили, мы с вами находимся на острове. В тёмные века здесь была военная база. После реконструкции большинство построек снесли, но подземелье оставили. Когда-то там был арсенал, а теперь банный комплекс. Римские термы, финская сауна, турецкий хамам и русская парная. Кстати, запишитесь на массаж, не пожалеете. Хеппи-энд гарантирован! Подробный план Парка вам выдадут через пару минут. Помните – остров большой, и здесь можно заблудиться! – добавил он с улыбкой.
– Ну, и, конечно же, у нас есть некоторые ограничения, предотвращающие хаос и анархию. В основном это касается взаимодействия с другими гостями. О табуированных сотрудниках, о системе ярлыков и браслетов, об индивидуальных программах разной степени тяжести вам расскажет мой заместитель. Я же от души поздравляю вас. Теперь вы полноправные граждане Содома!
Князь едва склонил голову под гром аплодисментов.
– А сейчас вас ждёт экскурсия по лучшему месту мира! Прошу вас, дамы и господа! Следуйте за моим заместителем.
Зал ответил бодрым гудением. Все направились к выходу, разбирая буклеты, разложенные на двух одинаковых столах.
– Надя, пожалуйста, поищи сухостой, он должен здесь быть. Сосна – это идеально; но ель тоже подойдёт. Любую сухую хвою руби и тащи сюда. Она горит хорошо, и дыма от неё меньше, – проинструктировал Папа, вынимая из рюкзака консервы.
– Да иду я, иду! Но нам надо не от дронов прятаться, а от Охотников.
Надя взяла миниатюрный топорик и пошла в сторону леса. Отойдя метров на двадцать, она повернула голову и выкрикнула:
– В резервации могла быть установлена их автоматика, нам бы отсюда подальше убра…
– Медленно! Медленно и плавно, мать вашу, поднимаем руки…
Грубый мужской голос резко выкрикивал команды.
– Не дёргаться! Все на колени, живо! Руки за голову! Я вам не Миротворец, я стреляю на поражение!
Стрелок в камуфляже Охотника, возникший из ниоткуда, держал пистолет у головы Нади, одновременно оглядывая остальных.
– Брось топор! – рявкнул он ей, а потом развернул её спиной к себе и, держа пистолет у её виска, продолжил:
– Вы кто!?! Контрабандисты? Работорговцы? Что вы здесь делаете? Отвечайте! – прорычал он, выставляя левую руку чуть вперёд и поглядывая на массивные часы.
– Мы беглые христиане, – вполголоса прохрипел Папа, становясь на колени и поднимая руки.
– Говори громче! Руки за голову! – выкрикивал Охотник, выставляя левую руку с массивными часами перед собой. – Христиане, говорите?! Настоящие?
– Да… – прохрипел Папа.
Часы на руке Охотника вздрагивали зелёным отблеском после каждой фразы.
– Сейчас проверим! – проговорил стрелок, глядя на Папу. – Это просто! Ты готов умереть за свою веру?
– Готов! – сдавленно проговорил тот.
– Говори громче! Вот сюда! – выкрикнул он, показывая взглядом на браслет.
Он нервно крутил головой, стараясь держать в поле зрения всех и время от времени бросая взгляды на запястье.
– Твой Бог встретит тебя на небесах? Отвечай! – выкрикивал Охотник.
– Встретит, если ты выстрелишь, – сказал Папа, держась одной рукой за сердце, обессиленно склоняясь к земле и одновременно роняя голову.
– Боже! У него сердечный приступ! – вскрикнула Вера, не отрывая глаз от отца.
Он медленно валился на бок, схватившись рукой за сердце и как бы складываясь пополам.
– Он что, сердечник? – спросил стрелок растерянно, косясь на свои часы и одновременно ослабляя хватку. – Он сердечник? Говори!
Он выкрикнул свой вопрос, переводя взгляд с девушки на свой браслет. В ту же секунду Папа вскочил на ноги и, совершив немыслимый прыжок, оказался перед Охотником, держа в руках гранату с натянутой чекой.
– Ты хотел увидеть Бога, Он встретит тебя, пёс содомский! И отправит тебя прямым рейсом в ад!
– Если эта штука рванёт, от нас троих ничего не останется! – спокойно ответил Охотник, направляя пистолет на Папу и одновременно отпуская Надю.
– Давай проверим! – прорычал Папа, глядя ему прямо в глаза.
– Убери палец с кольца! – спокойно приказал Миротворец.
– Убери палец с курка! – передразнил Папа. – Шевельнёшь стволом, я рвану чеку!
– Девочки назад! – крикнул он, увидев, как к нему рванулась Любочка. – Надя, прочь от нас, три шага назад! Живо!
– Три шага мало, это противотанковая, она выкосит всё метров на двадцать, если сработает. Скажи, христианин, ты правда готов умереть? – спросил Охотник, нелепо выставляя левую руку и пытаясь посмотреть на браслет.
Вместо ответа Папа натянул чеку, расставил локти и сказал:
