Ивосо присела рядом с запуганной рабыней, сняла украшенную бисером, сделанную из сыромятной кожи верёвку с талии, по-видимому, ту же самую, что я видел у неё раньше, ещё до первого нападения на стойбище, и завязала её на шее своей беспомощной бывшей хозяйки. За тем она потянула её на четвереньках, назад к своему месту, где заставила лечь на бок, со сжатыми коленями, и дважды ударила стрекалом. Рабыня вскрикнула, корчась при ударах, но удержала свое положение. После экзекуции, довольная хозяйка заняла свое место в большом кругу, усевшись со скрещенными ногами среди мужчин. Она держала привязь рабыни, намотав на руку, сократив её, до длины приблизительно одного ярда. Танцоры, изображавшие змей, уже удалялись, не переставая извиваться.
- А я и не знал, что Блокету была настолько красива, - отметил я.
Для женщины трудно скрыть свою красоту, когда ей разрешают носить только ошейник, или ошейник и привязь.
- Интересно, не окажется ли Ивосо ещё красивее, - усмехнулся Кувигнака.
- Возможно, когда-нибудь её владельцы узнают это.
- Возможно, - Кувигнака хитро посмотрел на меня и улыбнулся.
- Здесь опасно оставаться, - напомнил я. – Думаю, нам пора уходить.
Но внимание Кувигнаки снова сосредоточилось на большом круге.
- Здесь опасно, - повторил я. - Надеюсь, тебе удастся отвести взгляд от Блокету.
- Она красива, не так ли?
- Да, ну и что? - отмахнулся я. - Я предполагаю, что периметр стойбища и его окрестности могут всё ещё находиться под наблюдением. Периметр, охраняют, чтобы предотвратить возможное возвращение в стойбище воинов Кайила за едой. Прилегающие территории стерегут, чтобы обнаружить передвижения возможных беглецов. Так же я думаю, что будет трудно добыть кайил и убежать, не оставив Хси, поскольку в любом случае животных хорошо охраняют.
- Она так красива, - не обращая на меня внимания, пробормотал Кувигнака.
- Соответственно, моя рекомендация такова: сегодня ночью мы остаёмся в стойбище. Я думаю, что это не только в интересах Хси, но и наших тоже. Мы должны попытаться уйти утром, когда охранники устанут и расслабятся.
- Безумно красива, - восхищенно шептал краснокожий рядом со мной.
- Так, что Ты думаешь? – решил я узнать его мнение.
- О чём? – вернулся на землю Кувигнака.
- О том, чтобы остаться в стойбище этой ночью.
- Конечно, - согласился Кувигнака. - В любом случае, до утра я и не смогу уйти отсюда.
- Это ещё почему? - озадаченный спросил я.
- Ты же знаешь, какой сегодня день.
Я смотрел на него, и не мог его понять.
- Это - самый пик периода наших пиров и празднеств, - пояснил он.
- Да, и что дальше? – я всё никак не мог понять его логики.
- Так, какой это день? – спросил он меня, как о чём-то само собой разумеющемся.
- Понятия не имею, - пожал я плечами.
- Ты забыл?
- Как можно забыть, то чего не знал, - возмутился я.
- Сегодня - первый день большого танца, - торжественно объявил он.
- И что из этого? – окончательно запутался я.
- Я собираюсь танцевать, - заявил мой друг.
- С ума сошёл, - констатировал я.
- Вход в вигвам танцев теперь не охраняется. Не будет никого, чтобы отказать мне во входе.
- Не будет никого, кто бы танцевал с тобой, - напомнил я, - ни одного, кто разделил бы одиночество и боль.
- Я буду танцевать один, - заявил Кувигнака.
- Сегодня, Кайилы не танцуют.
- Один будет, - стоял на своём краснокожий упрямец.
- Вигвам танцев повреждён. А сам шест был порублен и осквернен, с него сняты все атрибуты. Твоё тело должным образом не разрисовано. У тебя нет бахромы на талии и щиколотках. Ты не сможешь дуть на свисток из кости птицы Херлит, -перечислил я нарушения, о которых знал.
- Ты действительно думаешь, что такие вещи необходимы? – улыбаясь, поинтересовался мой друг.
- Я не знаю.
- На самом деле, очень немногое необходимо для правильного танца. - У меня будут шест и непосредственно моя мужественность. Это будет достаточно, - объяснил он.
- Требуется приблизительно два или три дня, чтобы освободить себя от шеста.
- У меня не будет столько времени. К утру я освобожусь.
- Ты погибнешь, - вздохнул я.
- Я не думаю, что это вероятно.
- Не танцуй, - попытался я ещё раз уговорить его.
- В жизни, каждого мужчина наступает момент, когда он так или иначе, но должен танцевать. Иначе он не мужчина.
- Есть много способов доказать своё мужество, - сказал я.
- Я буду делать это в традициях моего народа, - заявил Кувигнака.
- Вы даже не веришь в мир духов, - напомнил я.
- Я верю в танец.
Я замолчал.
- Мне понадобится кое-какая помощь, в закреплении верёвок, в размещении вертелов в моём теле. Ты поможешь мне?
- Да. Куда я теперь денусь?
- Когда я закончу свой танец, и немного передохну, мы займёмся нашими делами. Мы построим волокуши для Хси, и покинем стойбище рано на рассвете. Я знаю маленький ручей поблизости, там мы и спрячемся, а затем, возможно завтра ночью, покинем это место.
- Куда мы пойдем? – поинтересовался я.
- Хси нуждается в уходе, - напомнил Кувигнака.
- Я понял. Смотри! – привлёк я внимание парня, к освещённым местам ниже нас.
- Жёлтые Ножи готовятся танцевать, - заметил он.
