Она надавила пальцем на кнопку под табличкой с фамилией Кламм. Потом позвонила еще раз. И третий раз, еще энергичнее и дольше. Она жала и жала на кнопку звонка – и ничего не происходило. Неужели Симона не было дома? Куда же он запропастился? Он ведь сказал, что чувствует себя плохо, поэтому ему срочно нужно в постель с грелкой!
Или… Эта внезапная мысль девушку ужаснула, и она вздрогнула. Может, у Симона вовсе не простуда, а что-то совсем другое?
Может, он сейчас действительно валяется с чем-то теплым на матрасе, но только это не какое-нибудь изделие из резины?
Ханна покачала головой. Нет, это исключено. Симон не такой. Для инстинктивного порыва он вообще не… Ну да, он недостаточно спонтанный! Ему потребовалось много недель, чтобы пригласить Ханну на свидание. Шустрым Симон точно не был.
«А если это не “инстинктивный порыв”, а человек, которого он уже давно знает?» – раздался в голове Ханны тихий зловещий голосок. Но это же ерунда, у них с Симоном ведь все было в порядке, если не считать его увольнения! Кроме того, он никогда бы такого не сотворил в день, когда должна была успешно стартовать ее новая карьера. Симон обладал тактом и манерами, подобное было не в его стиле.
«Ты же умнее других!» – сказала бы ей в этой ситуации ее мать Сибилла.
От нее Ханна унаследовала позитивный взгляд на жизнь, а вот ее отец Бернард такой же, как Симон. Он «видел в каждом госте разбойника». Именно так говорила ее мать и смеялась, когда муж начинал рассуждать о всяких заговорах, плетущихся вокруг них в спальном районе Ральштедт.
Как-то Бернард Маркс предположил, что Мюллеры что-то затевают против него, только на том основании, что сосед при встрече в супермаркете поздоровался с ним не так приветливо, как обычно. Спустя несколько дней отцу стало известно, что господин Мюллер куда-то сунул очки и просто его не узнал.
Отец Ханны еще предполагал, что почтальон назло долго не приносит ему посылку, которую он так ждал. Вскоре мать созвонилась с отправителем и выяснила, что тот еще даже не отослал ее.
После таких случаев она – с наигранным возмущением – жаловалась на этого «совершенно невозможного типа», который «всю жизнь сводил ее с ума».
Прежде чем Ханна успела еще что-нибудь вспомнить о своих таких разных родителях, она нажала на кнопку звонка еще раз. И тогда решила, что соблюла все правила приличия и теперь имеет полное право воспользоваться ключом и посмотреть, что же случилось с ее парнем.
Грызущее беспокойство смешалось с яростью, когда Ханна торопливо поднималась по лестнице к его квартире. Ведь если Симон не отвечал ни по домашнему, ни по мобильному телефону, не реагировал на звонок в дверь, его либо действительно не было дома, либо он оглох за ночь… Или умер.
После того как Йонатан уплел два кусочка белкового хлеба с нежирной утиной грудкой и выпил белковый шейк (со вкусом ванили), он сел в удобное кожаное кресло, которое стояло перед большим эркером в кабинете – комнате для чтения с видом на парк Инноцентия. Он наслаждался зимним пейзажем.
Конечно, вид этот сегодня портила не только новогодняя грязь, но и то обстоятельство, что близлежащие контейнеры для мусора были переполнены. И все из-за того, что два бака в этом квартале опорожняли лишь раз в две недели, по понедельникам. Последний раз мусор вывозили в понедельник перед Рождеством, после этого сотрудники службы вывоза отходов все как один пели новогодние песни под елкой.
Само собой, каждый должен насладиться праздниками и взять тайм-аут, но так тоже не годится!
Йонатан Н. Гриф поднялся с кресла и, подойдя к письменному столу, сел и раскрыл ноутбук. Спустя несколько минут он нашел сайт компании по вывозу бытовых отходов, выбрал опцию «Связаться с нами» и начал писать письмо.
Уважаемые дамы и господа,
Прямо в начале нового года хотел бы связаться с вами и указать на то, что состояние контейнеров для макулатуры и мусора в нашем прекрасном городе оставляет желать лучшего.
Баки переполнены – и это вряд ли можно считать привлекательной визитной карточкой Гамбурга!
Я понимаю, что череда праздников могла спровоцировать определенный простой в опорожнении баков, но был бы рад, если бы вы в этом случае смогли скрепя сердце принять решение, которого заслуживают жители – налогоплательщики! – этого города, а также вы и ваши сотрудники.
Искренне ваш,
Йонатан Н. Гриф
(проживающий на Инноцентияштрассе, с полными баками под дверью).
Он еще раз пробежал глазами текст, потом отправил письмо и кивнул. Да, очень хорошо. Проблему осознают, на проблему обратят внимание. После того как Йонатан снова удобно устроился в кресле, он взялся за ежедневник. Возникло приятное ощущение, что он действует как надо и целенаправленно.
Не сосредоточиваясь на почерке и отдельных записях, в этот раз Йонатан стал искать информацию, которая позволила бы вычислить владельца ежедневника.
