На улицах не было ни души, в воздухе висел терпкий запах влажной земли. Их «Фиат-1100», стоявший на том же месте, где Карло припарковал его в последний раз, блестел от воды. Анна скользнула взглядом по тому, что осталось от траурного объявления на стене у двери, – по полоске истрепанной выцветшей бумаги с уже неразборчивым текстом.
От имени Карло остались лишь буквы «К» и «А». В правом верхнем углу уцелел рисунок черного креста, а внизу, словно напоминание, отчетливо читалось слово «Скончался».
Она медленно крутила педали, пока мелкий дождик покалывал ей лицо.
Проезжая мимо дома Антонио, Анна резко затормозила: за занавеской, в кабинете, где он спал, уже горел свет. Она неотрывно смотрела на окно, различая силуэт Антонио. Спешившись, Анна прислонила велосипед к стене, подобрала с земли мелкий камешек и бросила его прямо в стекло. Мгновение спустя Антонио отодвинул штору и, увидев, как Анна машет рукой, кивнул: подожди немного. Вскоре он распахнул дверь и вышел ей навстречу – в пальто, накинутом поверх пижамы. Домашние туфли тут же намокли.
– Что ты делаешь на улице в такую рань?
– Да так, ничего. Меня разбудил дождь, – ответила она.
Антонио окинул ее обеспокоенным взглядом. За последний год глаза Анны будто стали еще глубже – казалось, в них собралась вся горечь утраты.
– Да уж, – пробормотал он. – Меня тоже.
– Обними меня, – внезапно попросила она. – Пожалуйста.
Антонио кивнул и медленно заключил ее в объятия. Анна уткнулась лбом ему в грудь и закрыла глаза.
– Даже не знаю, как прожить этот день, – продолжила она.
Он нежно коснулся подбородком ее макушки.
– Я понимаю, – ответил Антонио с комом в горле, и голос его дрогнул. – Я понимаю, – повторил он.
«Моего Карлетто больше нет» – Антонио сбился со счета, сколько раз повторял про себя эту фразу. Сотни? Тысячи? Лишь так он смог убедить себя, что это правда. Он не верил в случившееся, даже когда, сидя в углу, наблюдал, как Агата ловкими и уверенными движениями обряжала бездыханное тело его брата в воскресный костюм. И даже когда нес гроб на плече от церкви до кладбища. Он переживал эти моменты в каком-то оцепенении, словно во сне. Впервые Антонио в полной мере осознал, что Карло ушел навсегда, лишь на следующее после похорон утро, когда эта мысль – «Моего Карлетто больше нет» – оглушила его, точно удар кулака, болезненный и неумолимый. Он проснулся в мире, в котором у него больше не было брата.
– Утром я даже дышать не могла, – прошептала Анна, не разжимая объятий.
Антонио вздохнул и начал поглаживать ее по спине.
– Подожди немного, я переоденусь, – сказал он помолчав. – Отвезу тебя кое-куда.
Он вернулся в дом и вышел через несколько минут. Анна ждала его, сидя на ступеньках крыльца. Дождь совсем прекратился, и слабое солнце пробивалось сквозь облака.
– Поехали, – сказал он с легкой улыбкой, кивнув в сторону машины.
– Куда? – спросила Анна.
– Не задавай вопросов. Это сюрприз.
Они сели в его «Фиат-508», и Антонио направилcя в сторону Пизиньяно. Всю дорогу они молчали, пока Анна смотрела в окно на бледную радугу, повисшую в небе.
Припарковавшись у каменной ограды, из-за которой виднелся Гранде Леччо, Антонио заглушил мотор.
– Что это за место? – спросила Анна, подавшись вперед.
– Пойдем, – позвал он, выбираясь из машины.
Он подошел к дереву и положил ладонь на влажный ствол. Затем поднял взгляд на пышную крону, с которой скатывались капли воды.
Анна присоединилась к нему, вопросительно глядя на Антонио.
– Это Большой Дуб, – пояснил он. – Наше с Карло место.
Она нахмурилась.
– Почему же я ничего о нем не знала?
– О нем никто не знал, – ответил Антонио. – Мы хотели, чтобы это место оставалось только нашим… Понимаешь, когда мне кажется, что я больше не могу, когда брат нужен мне как воздух, я прихожу сюда. Каждый раз. Сажусь под деревом и разговариваю с ним, будто он рядом со мной.
Анна прислонилась к стволу и скрестила руки на груди.
– И это помогает? – поинтересовалась она.
– На какое-то время, – кивнул он и, помолчав, продолжил: – Знаешь… думаю, тебе тоже нужно найти такое место. Где ты сможешь побыть с ним наедине. Где тебе станет спокойнее на душе.
Анна отрицательно покачала головой.
– Нет такого места. В любом уголке, который мы делили с Карло, я вижу лишь огромную пустоту, где его больше нет.
– Тогда заполни ее. Эту пустоту, я имею в виду.
– Везет тому, кто знает, как это сделать, – парировала Анна и отряхнула комок влажной земли, прилипший к ее туфле.
– Нужны самые счастливые воспоминания, – ответил Антонио. – Уверен, Карло хотел бы, чтобы мы вспоминали о нем с радостью… Чтобы мы откупорили одну из его бутылок и выпили за него, за его жизнь.
Анна опустила взгляд, и по ее щеке скатилась слеза. Антонио прислонился виском к ее виску.
– Сегодня особенно сложно, я знаю. – И аккуратно смахнул слезу пальцем.
– Знаешь, всякий раз, когда мне нужен был ответ, я находила его в книгах. Так было всегда, – сказала она срывающимся голосом. – А теперь…
– Теперь не находишь, – закончил он за нее.
– Да, – кивнула Анна.
