Лоренца, девочка моя. Моя прекрасная девочка.
Ты сегодня вовремя проснулась? Успела на работу или снова опоздала? Моя обожаемая, неисправимая соня…
Какую чудесную фотографию ты мне прислала… На ней у тебя такое милое выражение лица. С каждым разом ты кажешься мне все красивее. Есть ли у красоты предел, или тебе суждено его преодолеть? Я поставил фотографию на тумбочку у кровати, и теперь ты первая, кого я вижу утром, проснувшись, и последняя, кому вечером желаю спокойной ночи.
Как там у вас дела? Расскажи мне что-нибудь хорошее. То, что тебя радует. Вы уже отметили день рождения Карло? Я отправил ему письмо с поздравлениями, надеюсь, он получил его вовремя!
У меня есть одна хорошая новость и одна не очень. С какой начать? Дай подумать… О'кей, начну с хорошей.
Мариза посмотрела мои эскизы мужской одежды, и они очень ей понравились. Она показала их владельцу магазина, мистеру Джеймсу, и… угадай-ка! Он хотел бы продавать такие вещи у себя, по крайней мере некоторые из них. И он хорошо платит… Let's see how it goes, сказал он, то есть «посмотрим, что из этого выйдет».
Я знаю, что сейчас крутится в твоей головке. Дыши. Помни, что я люблю тебя. И что хочу быть с тобой. И все, что я делаю, я делаю для нас, ради нашего будущего.
Успокоилась немного?
О'кей.
Теперь менее приятная новость. Пока что я не могу вернуться. И к Рождеству тоже не смогу, хотя и обещал тебе. Мне понадобится некоторое время, чтобы создать коллекцию. Я не могу отказаться, не могу упустить такую возможность. Уверен, что ты тоже это понимаешь.
Не разочаровывайся и не грусти, прошу тебя. Одна лишь мысль об этом причиняет мне боль. Наше совместное будущее всего лишь ненадолго отдалилось. Не бойся. Слышишь? НЕ БОЙСЯ. Я люблю только тебя. Тебя и никого больше. Мы выдержали вдали друг от друга семь месяцев и сможем потерпеть еще немного, я уверен.
Ответь мне сразу же, прошу тебя. Скажи, что все в порядке.
Лоренца положила письмо на стол и заметила, что руки у нее дрожат. Сердце билось еще быстрее – но теперь уже от злости. Нет, он не любил ее по-настоящему, подумала она. Он больше не вернется. Он оказался лжецом. Таким же, как все. Как ее отец.
<p>18</p>Февраль 1948 года
Анна набросила на плечи шерстяную шаль, налила в чашку теплого молока и, выйдя в сад, села на скамейку. Больше всего на свете она любила первые минуты нового дня, отмеченные привычными утренними ритуалами. Только здесь, в своем уголке, вдали от всякого шума, Анна чувствовала себя по-настоящему умиротворенной и могла навести порядок в мыслях.
Вчера она встретила Джованну в городке – та брела, понурив голову, с подавленным и смирившимся видом. В какой-то миг Анне даже почудилось, будто подруга подняла на нее глаза, ища встречного взгляда, но, возможно, то была лишь игра воображения.
– Bonjour, maman, – Роберто неожиданно возник у нее за спиной и, наклонившись, чмокнул мать в щеку.
– Bonjour, mon chéri, – ответила Анна, ласково погладив сына по голове.
