В пять вечера приезжаю на Малую Грузинскую. Храм этот, в готическом стиле, был построен в 1911 году, в 1938-м закрыт, сильно пострадал в войну от немецкой бомбы – ну а в сорок четвертом, после освобождения Рима Советской Армией (и первого приезда папы Пия Двенадцатого в Москву), по личной просьбе Его Святейшества, был возвращен католической общине. С ремонтом и восстановлением внутреннего убранства за счет Ватикана – поскольку в СССР Церковь от государства отделена, а католиков у нас не слишком много, и не настолько богатых, чтоб потянуть все это великолепие, которое я сейчас наблюдаю. Я тут неофициально – отношение к религии в СССР сейчас терпимое, но не настолько, чтобы, например, товарищ Сталин лично присутствовал на мессе. Это Лючия у нас и коммунистка, и католичка – ну а я инкогнито, «дама под вуалью». Очень удобно лицо скрыть – как в фильме «Цирк» с Орловой было обыграно. Как и «летящая» накидка, прячущая фигуру. Не надо, чтоб здесь узнали «ту, которая рядом с Вождем, на Мавзолее при параде стояла».
День сегодня был солнечный. В тени еще снег лежит, но свежий ветер уже несет запах весны. Большинство ожидающей публики снаружи ждет, чтобы не пропустить зрелище прибытия Его Святейшества. Кроме прихожан собора, присутствуют делегация от нашей Православной Церкви и корреспонденты (не только от советских изданий). Все проверены нашей службой – помним мы, как три года назад, в этом же соборе, Люсеньку хотели кислотой облить! Кстати, громадная бронзовая ванна-баптистерий (емкость для крещения), которую мы тогда собору подарили, до сих пор в обряде исправно используется. Ну а сейчас место проверено, на предмет взрывчатки, химии и снайпера. И уж конечно, на близкую дистанцию к Его Святейшеству будут допущены лишь проверенные персоны!
Три черных «ЗиМа» подъезжают со стороны улицы Горького. Лючия выходит, в пурпурном, как королева. В сопровождении свиты – Валя в компании некоей пани, еще Тюлень с Дедом (ребята из Юриной команды), Лена Рябинина «Испаночка» (хотя сейчас, наверное, надо ее в «кубинку» перекрестить, раз ей сам Че Гевара, пребывая в Москве, предложение делал), еще Надя и Света… а Тамары нет, это хорошо, нам только не хватало, чтоб она с этой полячкой сцепилась! Люсю все узнают – кто-то из журналистов уже фотографирует, а кто-то уже лезет интервью взять, но она отмахивается – и через минуту оказывается рядом со мной. Девчата нас тут же обступают, закрывая от зевак. Отчего задержались – я уже беспокоиться начала. Ты не забыла, что твой выход?
– Аня, но ведь уложились же? Раньше было ну просто никак! – отвечает Лючия. И шепнула мне с улыбкой: – Бедный Валечка, ну просто разорение ему сегодня!
Что ж, Люся, ценю твой вкус – оглядываю пани Стасю с головы до ног, от шляпки до туфелек, – ну вот, мы и представлены друг другу, а то знакомы были лишь заочно. Интересно все же, что Валя в тебе нашел – наши девчата и моложе, и красивее, и правильные все, проверенные. Но ведь сердцу не прикажешь?
Побеседовать с пани Стасей я не успела – подъехал кортеж Его Святейшества. Целый десяток автомобилей, из которых выгрузилась толпа, и в рясах, и в штатском. Тоже службу знают – даже те, кто в сутанах, с пластикой и взглядом бойцов, грамотно прикрыли папу со всех сторон, идут как строем, «ближний круг» охраны. Толпа расступается, а кого-то и оттесняют – фотографировать можно, ну а интервью после… если Его Святейшество пожелает!
Папа шествует к нашему «комитету по встрече» – как было согласовано. Наши девчата расступаются, и Лючия приветливо машет рукой. Я скромно стою рядом – как одна из ее свиты. Замечаю, что поблизости оказываются репортеры – с кем заранее было сговорено. Лючия должна приветствовать Его Святейшество – а затем мы все проследовать в собор и занять там свои места. Вот только по
И когда Его Святейшество уже в десяти шагах, налетает порыв ветра. Мы с Лючией дружно хватаемся за шляпы – и у меня вуаль откидывает от лица и взвевает вверх!
Кажется, на лице Пия Двенадцатого на миг мелькнуло удивление? И он, вместо Лючии, остановился напротив меня – решив, что мой ранг выше.
И что мне делать – извиниться, отойти в сторону? Или самой сыграть, Люсенька, твою роль?
Есть в США в штате Айова, город Де-Мойн. И служит там епископом в соборе Святого Амбросия, Эдвард Селестин Дейли – убежденный католик, доминиканец, «обновленцев» Спеллмана не переносящий на дух! И как только в Де-Мойне произошли некоторые события – Дейли немедленно и подробно известил как свое непосредственное начальство, архиепископа Лео Бинца, так и связался с Апостольской Делегацией в Вашингтоне – по факту, это посольство Ватикана, глава которого, Амлето Джованни Чивьяни, как записано в нашем досье, «очень консервативен в своих взглядах». То есть спеллмановцев ненавидел не меньше самого папы. В итоге информация быстро ушла в Рим – а оттуда в Москву, в адрес папы, находящегося там с визитом.
