То, что нравится? На меня напал ступор. Слишком многое можно охватить категорией "нравится". Хотя… Была вещь, которая последнее время крутилась в голове. После потери Леди… Cordell. Больше всего эта песня цепляла в исполнении нидерландской группы Delain.
Though once you ruled my mind,
I thought you'd always be there,
And I'll always hold on to your face.
But everything changes in time,
And the answers are not always fair,
And I hope you've gone to a better place…
На припеве Высший взял гитару, и это был не топорный аккомпанемент в три подобранных аккорда — он знал эту песню! Гитарное соло в его исполнении окончательно убедило меня в том, что я права.
Cordell, time will tell
They say that you past away
And I hope you've gone to a better place…
Наши музыкальные вкусы и раньше поразительно совпадали, стоит только вспомнить подборку в поместье.
— Как досадно, что раньше лишь птицы и деревья имели удовольствие слышать твой голос, — Высший тепло улыбнулся, отчего сердце сделало сальто назад, — признаюсь, иногда я подслушивал.
Голова опьяненно кружилась. Он слушал. Во время одиноких прогулок в пасмурную погоду он тенью следовал за мной. Постойте-ка…
— Вы за мной следили? Для Ленсара?
Глаза Высшего превратились в две льдинки, и я пожалела о сказанном.
— Милорд…
— Дамиан, — поправил меня Высший, сокращая небольшое расстояние между нами, — зови меня по имени. Никаких "Вы" или "милорд". Хотя бы когда мы наедине. И забудь, черт возьми, Ленсара, — с этими словами он завладел моим ртом. О боги…
Дыхание перехватило, колени ослабели. Я бы упала, если бы не сильные руки, прижимающие меня к себе. Стимуляция Гортенз была детским лепетом по сравнению с реальными ощущениями — умелых пальцев, под которыми плавилась кожа, твердой груди напротив моих затвердевших сосков. Требовательный поцелуй подчинял и, казалось, выпивал душу — я уже не принадлежала себе. Я принадлежала ему. Отчего-то вспомнилась наша первая встреча и мой раздосадованный комментарий. "Ему следует брать то, что он хочет". Горячая твердость у моего бедра вызвала смущение — а если он сейчас возьмет то, что хочет?
Наши взгляды встретились, кристальные глаза Судьи вспыхнули новыми гранями предвкушения. Предательское тело никогда так сильно не желало насладиться сладким безумием пронзенной бабочки. В его руках.
Клыки Дамиана на мгновение удлинились, и Высший коснулся моих губ легким, невесомым прикосновением, стирая проступившие алые капли. Почему-то осознание того, что он пробует мою кровь, заставило ее буквально вскипеть.
— Твоя очередь, — пророкотало в моей голове, и я не без удовольствия повторила маневр Высшего, прокусив его нижнюю губу. Если на свете существует амброзия, то ее вкус должен быть именно таким. Мимолетная мысль вспыхнула и исчезла, подхваченная потоком новых ощущений. Снова голодный поцелуй, в котором растворились остатки стыда.
Я выгибалась в объятиях Дамиана, подставляя ему шею, ключицы и грудь, уже избавленную от одежды. Еще пара секунд в его ловких руках — и я стояла перед ним полностью обнаженная, дрожа от холода и жара одновременно. Вот только он сам оставался застегнутым на все пуговицы. Я потянулась к воротнику черной рубашки, чтобы уравнять наше положение, но вампир отвел запястья в сторону.
— Не сейчас. Сначала посмотри, как бледнеют звезды, — одной рукой подхватив меня под оголенные ягодицы, другой он потянул шнур, открывающий жалюзи, — с затуманенным сознанием я даже не успела испугаться, — пока в тебе моя кровь, можешь не бояться рассвета.
Звук расстегиваемой молнии молил обернуться, но Высший властно удержал за плечо.
— Не двигайся и смотри. Если ты мне доверяешь.
— Конечно, до… — дыхание перехватило от неожиданного вторжения, — дове… — простонала я, скользя влажными ладонями о подоконник, — ооо…
Вероятно, эта поза была не самой удачной для первого раза — я не видела Дамиана, не знала, какой он, и вместе с тем неизвестность до одури возбуждала. Но Высший вдруг остановился, тогда как я хотела, чтобы он заполнил меня целиком.
— Ну так что, ты мне доверяешь, или до сих пор думаешь, что я работаю на Ленсара? — вкрадчивый шепот прошел вдоль позвоночника, — скажи!
— Я… — выдохнула я, с удовольствием отметив, что он продолжил движение, осторожно растягивая внутренние мышцы и тем самым доставляя изысканное удовольствие, — я тебе доверяю…
Да я сказала бы что угодно, лишь бы он не останавливался! Но ирония в том, что я вправду ему верила. Знала, что едва заметное сияние на горизонте, так похожее на нимб святых, не причинит мне вреда.
— Мне радостно это слышать, — легкий поцелуй между лопаток, и сердце встрепенулось от щемящей нежности. Не хватало еще влюбиться!
