Для меня небо оставалось неизменно черным, хотя нет…вдалеке над лесом оно поменяло цвет. Я остановилась, собравшись уже уходить. Оттенок стал светлее, но не слишком ли быстро?
Я повернулась за ответом к Дамиану. Черты Высшего исказились гневом, и теперь я сама видела, чем объяснялась резкая смена освещения. Над лесом полыхало зарево от пожара.
— Возвращайся в дом, быстро.
— А Вы? — спросила я и прикусила губу.
— Попробую все уладить, — усмехнулся Высший, — кто-то поджег территорию наших "друзей"-оборотней, и это грозит расторжением мирного договора.
Лабиринты живой изгороди проплывали мимо меня, ноги несли к дому, едва касаясь гравиевой дорожки. Дым от пожарища дышал мне в спину. Огромный сосновый массив горел, сухие ветки легко схватывались огнем, и в один прекрасный момент он мог перекинуться на усадьбу Высшего, если бы не речушка, разделяющая лес и поле. И так же моя жизнь разделилась на "до" и "после". В который раз.
Тень надвигающейся войны еще никогда не нависала так низко. Конфликт между расами — высшими расами, как любят говорить их представители — в некотором роде ощущался при общении Влада и Алекса, но в команде все волей-неволей сблизились и притерлись друг к другу. До реального противостояния было далеко. Но, как выяснилось, я снова не видела всей картины. Шла с завязанными глазами, и повязка упала к ногам лишь у самого поля сражения.
— Кому ты говорила о переговорах? Отвечай! — у парадного входа Теницкий встряхнул Инну за плечи. Вампирша выглядела испуганной и, казалось, потеряла долю своей темной красоты.
— Руки от нее убери, джентльмен! — я язвительно окрикнула Высшего. Страха перед ним не было, то ли ввиду надвигающейся угрозы, то ли лимит эмоций исчерпался.
— Ева… — Инна обратила ко мне бледное лицо, — где ты была? С тобой все в порядке?
— Она прогуливалась с Лантарини, милая, — Константин бесцеремонно развернул дрожащую вампиршу за подбородок, — а вот что делала ты?
— Это не Ваше дело, — я взлетела по лестнице и встала рядом с Инной, — и ничего предосудительного она не делала!
Вампир отпустил Инну и отступил на шаг.
— Видишь ли, Ева, — в его устах мое имя прозвучало непривычно и как-то опасно, — за столом мы обсуждали необходимость переговоров с вервольфами…по одному делу. Лантарини озвучил свое желание просить аудиенции у Велора, и спустя пару часов соседние земли оборотней кто-то поджег. Непохоже на совпадение.
— Подождите…какой-такой Лантарини? — мозг попросту взрывался.
— Твой опекун. Дамиан Лантарини, — продолговатое лицо Константина рассекла асимметричная улыбка. Я внутренне поежилась и машинально отметила, что мелодичная фамилия не вязалась с суровым обликом Высшего. Может, поэтому он ее не называл?
— Ну, предположим, на совпадение действительно не тянет, — ситуация казалась фантастичной, — но с какого потолка Вы взяли, что причастна Инна?
— Ты хочешь обвинить меня или лорда Ливиану? — нахмурился брюнет, — женщины любят трепать языком, больше некому.
В синих глазах Инны блеснули слезы. Нет, ну это уже беспредел.
— А прислуга? Кто-то мог услышать разговор. Не делайте далеко идущих выводов без доказательств.
Он смерил меня оценивающим взглядом.
— Вероятность мала, но я допрошу и персонал.
Неприятный тон заставил пожалеть, что я накликала на головы горничных — и кто там еще числился? — неприятности. Но он не смеет никого необоснованно обвинять! И разве Инна смогла бы навредить своему обожаемому создателю? Последняя мысль вызвала необоснованное раздражение.
— Инна, пойдем, — я взяла брюнетку за руку и увела от Константина вглубь дома. Вампир за нами не последовал.
— Не бери в голову, Дамиан вернется, и…он же эмпат, прочитает твои мысли, все будет хорошо!
Готесса всхлипнула.
— Сир…разве что поверит мне на слово…он больше не эмпат. И Теницкий об этом знает.
Я споткнулась на ровном месте.
Он. Больше. Не эмпат.
— Это правда? Почему? — я спохватилась, что слишком открыто выражаю радость от того, что в моих мозгах больше не будут ковыряться, как в тарелке с рагу, и замолчала.
— Тамаш рассказывал, что милорд пожертвовал ради него частью силы.
Да ладно. К счастью, я не произнесла этого вслух, но Инна все прочитала по глазам.
— На Тамаша было совершено покушение, он впал в кому. Сир вытащил его буквально с того света, — слезы вампирши высохли, она вдохновенно вещала на одну из своих любимых тем — о своем создателе, — судя по тому, что он лишился эмпатии, замешана сделка с фэйри.
Да, такие вещи не проходят бесследно. Но чтобы Дамиан, холодный высокомерный Высший, был способен на такое благородство… Это вызывало странные смешанные чувства. Гораздо проще было его ненавидеть или просто выстраивать стену отстраненности. Но мало того, что порой он сам ее растапливал неожиданной мягкостью, приводя меня в растерянность и смущение, теперь еще и это. Нет, ничто не должно мешать мне стоять на своем. Известно, что даже серийный маньяк в жизни может быть прекрасным семьянином, а Дамиан…он не такой, как Ленсар, нет. Но нет и повода думать о нем больше, чем положено.
