– Как никогда в жизни. Он хочет встретиться с тобой и обсудить роль.
– Когда?
– Скоро. Ну что, загорелась?
Шона сделала глубокий вдох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце.
– Как никогда в жизни.
– Так я и думал… что ж, предоставь это мне.
Сказав это, он отключился.
Шона постояла в оцепенении, его слова звучали у нее в ушах, а потом вскочила с дивана и заплясала от радости. Полегче, одернула она себя, в этом городе ни в чем нельзя быть уверенной, пока не распишешься на пунктирной линии. Рим и Париж подождут.
Она выбежала из комнаты, спустилась по лестнице и постучала в дверь кабинета мужа. Когда он не ответил, она решила войти и поделиться хорошими новостями, но его там не оказалось. Тогда она отправилась на его поиски и увидела сквозь окна в холле какое-то движение. Дэн садился в винтажный «Ягуар», припаркованный на дорожке рядом с ее BMW. Взвизгнули шины, и машина исчезла.
Шона задавалась вопросом, чем была вызвана такая спешка. Никто из них не собирался уезжать до вечера, когда был запланирован ужин с друзьями. Затем, вспомнив про телефонный разговор, она почувствовала тревогу и решила окончательно разобраться в том, что с ним происходит. Сегодня же вечером, когда они вернутся домой после ужина, она заставит его рассказать всю правду.
Гэри Фишер был одним из самых близких друзей Дэна. По возрасту он годился ему в отцы, во времена Маккарти был занесен в черный список и долго жил изгнанником в Европе. Годы отшельничества подошли к концу, когда сотрудничество с Дэвидом Лином принесло ему заветный «Оскар» – это знаменовало возрождение его славы в Голливуде, и теперь Гэри Фишер считался одним из лучших кинематографистов своего поколения. Его партнер Эрик, голливудский стилист, был на несколько десятков лет моложе и в курсе последних сплетен – кто с кем спит и кого недавно выкинули со съемок. Дэн любил проводить время в их компании. Он знал, как в прошлом Гэри тяжело переживал остракизм со стороны голливудской элиты, и радовался тому, что в зрелые годы друг обрел заслуженное признание и нашел партнера, который искренне его любил и заботился о нем.
Дэн обожал расслабляться в их компании, но сегодня он чувствовал себя в ловушке. Сегодняшний день был одним из худших в его жизни. Фрэнки позвонила ему домой и, отметая все возражения, потребовала немедленной встречи.
– Мне нужно больше денег, – заявила она, когда он подобрал ее в центре города. Садясь на пассажирское сиденье «Ягуара», она мрачно зыркнула на него.
– Ты уже получила от меня двести тысяч. Я не могу постоянно ссужать тебя деньгами, Фрэнки, это нужно прекратить.
– Это прекратится, когда я скажу, – выплюнула она. – У тебя есть все – дом, стоящий миллионы долларов, роскошные машины, прекрасная жена.
Было время, когда Дэн испытывал к ней определенное сочувствие, но теперь он понимал, что она хотела его уничтожить. Он дал слабину, и теперь это зашло очень далеко.
– Нет, Фрэнки. Я не дам тебе ни пенни.
– Тогда твоя прекрасная жизнь полетит ко всем чертям, потому что я раструблю на всех углах о твоем грязном секретике.
Дэна охватил гнев, он схватил Фрэнки за плечи.
– Мне плевать, Фрэнки. Больше ты не получишь от меня ни пенни, поняла? Втюхивай свою грязную историю вместе с грязным секретом тому, кто больше заплатит.
– Я тебя уничтожу, я все расскажу – и про Алекса, и про твое пристрастие к наркотикам…
Дэн чудом удержался от того, чтобы не выбросить ее из машины. Вместо этого он перегнулся, открыл пассажирскую дверь и скомандовал:
– Пошла вон.
Фрэнки бросила на него последний взгляд – ее лицо было искажено ненавистью и гневом – и вышла из машины.
Дэн поехал прямо домой и, открыв входную дверь, увидел Шону. Она стояла в огромном коридоре с обеспокоенным выражением на лице.
– Дэн, где ты был? Я так волновалась.
Он быстро обнял ее и сказал:
– Я в порядке, просто возникло одно дельце. А теперь я вернулся.
– Дэн, пожалуйста, я чувствую, что что-то не так. Ты должен мне довериться.
Его плечи поникли.
– Я знаю… Последние несколько лет нам обоим пришлось нелегко. – Он поцеловал ее в лоб, крепко прижимая к себе. – Я люблю тебя, Шона, и обещаю, что сегодня вечером, после ужина с Гэри и Эриком, расскажу тебе все.
– Все?
– Да, больше никаких секретов.
Дэн заказал стейк и крем-брюле, и Эрик не удержался от подколки.
– У вас, англичан, одна песня – кругом калории и холестерин.
– Школьные обеды по-прежнему являются «пунктиком» питомцев частных школ, – пошутила Шона.
Она сжала руку Дэна, и он ответил ей пожатием. В сшитом на заказ сером брючном костюме, который подчеркивал фигуру, повседневном и вместе с тем элегантном, она выглядела обворожительно и блистала весь вечер. Она пикировалась с Эриком и веселила их с Гэри рассказами о своем ирландском детстве – как своровала пенни из кружки для пожертвований в церкви, после чего мать заставила ее извиниться перед священником, а тот в качестве покаяния сказал тысячу раз прочитать «Пять Радостных Тайн святого Розария».
