Кристиан повернулся и молча посмотрел на нее. Через мгновение лицо Бетани побледнело. Потом она положила телефон на прикроватный столик и вышла, закрыв за собой дверь.
Кэролин уставилась на закрытую дверь, но тут же отпрянула, когда Кристиан направился к ней. – Что ты с ней сделал?
– Я взял ее разум под контроль, заставил расслабиться и отправил в постель, думая, что все в порядке. Она останется там до утра, что бы ни услышала.
От его слов у нее перехватило дыхание: – О, боже, ты на самом деле вампир.
– Нет, я – не вампир, – серьезно ответил он.
– Ты лжешь, – тут же сказала она.
– Я люблю тебя. Я обещал тебе, что не буду лгать, Cara. А я не лгу. Я – не вампир, – твердо сказал Кристиан, когда его руки сомкнулись на ее руках. Только тогда Кэролин поняла, что перестала пятиться назад.
Подавив панику, которая пыталась овладеть ею, она осталась совершенно неподвижной и мрачно сказала: – Я видела кровь в холодильнике и клыки Заниполо. Я…
– Этому есть объяснение, если ты только послушаешь, – тихо сказал он. – Пожалуйста, Cara. Позвольте мне объяснить.
Она устояла перед искушением поверить ему и сказала: – Покажи мне свои зубы.
Кристиан поколебался, а затем открыл рот, чтобы показать совершенно нормальные зубы. Никаких длинных резцов, которые могли бы проткнуть пакеты и кожу.
– У тебя нет клыков, – она с облегчением прижалась к нему, и его руки сомкнулись вокруг нее, когда она пробормотала: – Я думала... я думала... когда увидела их всех на кухне, и кровь, и ... я была готова сесть на первый самолет обратно в Канаду, – призналась она с ужасом, а затем посмотрела на его лицо. – Это была какая-то шутка? Или...
Кэролин сделала паузу, потому что, хотя ей очень, очень хотелось верить, что это шутка, ей вдруг пришло в голову, что до сегодняшнего вечера она никогда не замечала клыков ни у Заниполо, ни у других. Не то чтобы она видела клыки у других, но у них тоже были пакеты во рту... И Кристиан контролировал Бет, вспомнила она. Как она могла забыть, что он контролировал Бет?
– Пожалуйста, позволь мне объяснить, – сказал Кристиан, очевидно, заметив озарение на ее лице.
– Покажи мне свои клыки, – сказала она мрачно.
К ее удивлению, он снова открыл рот, хотя и не выглядел при этом счастливым. Только на этот раз резцы плавно выскользнули из десен и образовали два острых выступа.
Кэролин смотрела на них и воскликнул: – Ты же сказал, что не вампир.
Его клыки скользнули назад, и он быстро сказал: – Я – бессмертный.
Кэролин нахмурилась, не имея ни малейшего понятия о том, кто это, кроме того, что это звучало намного лучше, чем вампир, но затем ее мысли вернулись к ее тревогам на вилле, и она резко спросила: – Ты кормился от меня?
– Нет, я ни разу тебя не укусил, – заверил ее Кристиан, но добавил извиняющимся тоном: – Хотя в тот раз в автобусе было очень близко... и каждый раз, когда я занимался с тобой любовью, мне было трудно не укусить тебя.
В его голосе звучала боль, но сам факт того, что она поверила ему, заставил ее спросить: – Я имею в виду, у тебя столько крови в пакетах, зачем кого-то кусать?
– Нет, незачем – заверил он ее. – За исключением экстренных случаев... э... по взаимному согласию. Ситуация в автобусе подпадала под категорию чрезвычайной ситуации. У меня было мало крови, на меня действовало солнце, и я чуть не укусил тебя. Но я этого не сделал, – быстро добавил он и объяснил, – поэтому я бросил тебя и сбежал из автобуса. Ужас на моем лице был не потому, что я чувствовал, будто ты насилуешь меня, как ты себе представляла. Я поцеловал тебя, а не наоборот. Я не мог устоять перед тобой. Ты пахла так сладко и выглядела так красиво, а когда я сдался и поцеловал тебя, я не смог удержаться, чтобы не прикоснуться к тебе, но от этого стало только хуже. Я хотел сорвать с тебя одежду, толкнуть тебя на скамейку и впиться в тебя зубами, покрывая тебя своим телом и просто....
Кэролин почувствовала, как ее тело откликается на его слова и воспоминания о том дне. Это и воспоминание о внезапном взрыве страсти, охватившем ее тогда, в сочетании с нарисованной им картиной того, что он хотел сделать, заставили эхо этой страсти снова прокатиться по ней. «Ее даже не отпугнула мысль о том, что он укусит ее, когда будет заниматься с ней любовью», – с ужасом поняла Кэролин и заставила себя отогнать воспоминания, чтобы спросить: – А была ли жажда крови у тебя прошлой ночью и снова этой ночью, когда мы ...
– Нет, – заверил ее Кристиан, а затем откашлялся и признался: – Я просто слишком сильно возбудился.
– Перевозбудился? – неуверенно спросила она, не понимая, какое отношение это имеет к укусу.
– Когда я с тобой, Cara, я просто теряю самообладание. Я хочу прикасаться, лизать? сосать и целовать тебя везде, и я хочу заниматься с тобой любовью в каждой позе в каждом месте на этой вилле, черт, да в каждом месте в мире. Но страсть спутника жизни накатывает на меня, и я теряю контроль, и наши тела сливаются, и наши чувства сливаются, и это настоящая борьба, чтобы не вонзить зубы в тебя и не слиться с тобой и в крови тоже.
