Хорошо, что она не успела позавтракать. Кассандра пыталась вызвать в памяти образ живой, веселой Ливианы. Она не желала думать о том, что подругу, возможно, разрезали на куски. Не желала, чтобы этот кошмар вытеснил светлые воспоминания.
Обед принесла Сиена. Вероятно, Агнесса решила, что после возвращения жениха племянница больше не нуждается в конвое.
— Он ушел, — сообщила камеристка. — Синьор да Перага. Сказал, что проведет в городе несколько часов, чтобы вы могли выйти из комнаты.
— Я не прячусь от Луки, — отрезала Кассандра.
— Конечно, нет, синьорина.
Сиена хотела уйти, но замешкалась в дверях.
— Простите, синьорина, но, быть может, лучше радоваться тому, что мы имеем, чем жалеть о том, что никогда не будет нашим, — произнесла Сиена, не оборачиваясь. Голос ее звучал мягко, но в словах слышался упрек.
— Не тебе подсчитывать, что я имею! — огрызнулась Кассандра. — И не тебе решать, чему мне радоваться!
Сиена повернулась к хозяйке.
— Простите меня, — промолвила она с дежурной улыбкой. — Я забылась.
Камеристка сделала реверанс и вышла из комнаты.
Кассандре хотелось заорать во все горло или что-нибудь разбить. Девушке было невыносимо стыдно за свою грубость — сестру бедняжки Сиены ведь так и не нашли, но она поспешила похоронить стыд во вспышке гнева, заполонившего ее душу, словно поднявшийся со дна ил.
Кассандра бросилась на кровать и горько разрыдалась от стыда, гнева и отчаяния. Решено. Она больше не выйдет из своей комнаты. Останется старой девой и умрет в одиночестве, среди пыли и паутины.
Три дня Кассандра не выходила из комнаты. Нарисса приносила ей еду, уговаривала одеться, но девушка категорически отказывалась и от того, и от другого.
На четвертый день вместо деликатного постукивания Нариссы на дверь спальни обрушился град бесцеремонных ударов. Кассандра с головой укрылась одеялом и притворилась спящей.
— Вот ты где! — послышался голос Мадалены. Через мгновение Мада сдернула с подруги одеяло. — Боже мой! Что и говорить, я пришла вовремя.
Мадалена распахнула шкаф и принялась копаться в Кассандриных платьях. После долгих раздумий она выбрала темно-синий наряд, прибывший от портного на прошлой неделе. Держа платье на вытянутой руке, Мада швырнула подруге нежно-розовый корсет.
— Что ты делаешь? — воскликнула Кассандра, машинально вытянув руки, чтобы поймать его.
Мадалена одарила подругу очаровательной улыбкой.
— Спасаю тебя. И твой брак. Встряхнись. Остальное я беру на себя.
Кассандра и сама понимала, что надо встать, что оставаться в постели, когда лучшая подруга специально приехала, чтобы ее расшевелить, по меньшей мере невежливо. Но мысль о том, чтобы облачиться в тяжелое платье, сделать прическу, выйти в портего и завести светскую беседу, казалась девушке невыносимой.
— Ах, Мада, я так устала! — простонала она. — Давай посидим здесь.
Мада сморщила нос.
— С каких пор ты превратилась в калеку? Или ты вправду повредилась рассудком и решила похоронить себя в четырех стенах? — Она указала на Лапку, сосредоточенно царапавшую дверь. — Даже кошка хочет на волю.
Кассандра завернулась в одеяло.
— А я нет. Я вполне могла бы остаться здесь навсегда.
— Не выйдет. Или ты забыла: завтра моя свадьба. Я не пущу тебя на церемонию в ночной рубашке. — Мадалена улучила момент и с торжествующим видом отобрала у подруги одеяло. — Твоя тетушка собирается послать за лекарем, если ты не прекратишь упрямиться.
Кассандра застонала. Жестокосердный доктор Орсин стал бы пичкать ее горькими травяными отварами и с извращенным удовольствием сажать на нее пиявок.
— Ладно. Ты победила, — признала Кассандра, стягивая через голову ночную рубашку. Переодеться в свежее было не так уж плохо.
— Агнесса победила. Выиграла битву, но выиграет ли войну? — загадочно произнесла Мада, распутывая шнурки корсета. — Что с тобой творится? Ты ненавидишь Луку?
— Нет, — ответила Кассандра, придерживая шнурки, чтобы Мадалена не затягивала их слишком туго. — Я его просто не люблю.
— Понятно. — Мада подала ей синее платье. Знаешь, я видела, как он садится в гондолу в день твоей первой примерки. Мы с Марко шли на обед к Кристиану. Лука заметно возмужал за эти годы, не находишь? Неужели он тебе ни капельки не нравится?
— Мне? Нет, не нравится…
Ей сделалось не по себе от собственных слов, она сама не знала почему. Кассандра рассеянно расправила юбки. Платье сидело на ней безупречно.
— Постой. Ты видела Луку? Неделю назад?
— Я его окликнула, но он куда-то спешил, — сообщила Мада.
Кассандра обратилась мыслями ко дню первой примерки. Сиена утверждала, что столкнулась с Лукой на рынке, но тогда Кассандра решила, что камеристка ошиблась. Зачем Луке скрываться? Что за нелепость! Если только он не готовит какой-нибудь сюрприз. Кассандра поежилась.
Мадалена одернула лиф ее платья:
— А почему он тебе не нравится?
Кассандра посмотрелась в зеркало. Платье замечательно подходило к ее рыжим волосам.
— Потому что… — Она запнулась. Сказать правду или выдумать очередную ложь? Если во всем признаться, Мада поймет. Она обожает драматические любовные истории.
Кассандра собралась с духом:
— Потому что я встретила другого.
