— Но Вэйд сказал, что в братстве только он чувствителен к запахам.
— Мы чуем запахи лучше, чем люди, но до нюха оборотней нам далеко. Однако девственницы пахнут немного иначе, по крайней мере, для нас. Просто у Вэйда чувствительность обострённая.
Действительно, как иначе Гален мог убедиться в качестве поставляемого собрату «товара»?
— И что же, госпожа Олуэн вот так с ходу тебе поверила и спокойно оставила меня тебе на поругание? — классная руководительница всегда относилась к нам хорошо, с теплом, не разделяя нас на богатых и не очень, на любимчиков и не стоящих внимания.
— Ну, я сказал, что ты моя невеста и колечко на твоём пальчике подарено мной, что я приехал в Тирс и устроился в школу только чтобы быть поближе к тебе, моей прекрасной возлюбленной, нежно и трепетно обожаемой мной вот уже четыре года. Что в этом жестоком обманчивом мире слишком много соблазнов, особенно для молодой невинной девушки, и что ты, к моему глубокому огорчению и великой печали, пала жертвой одного из таких соблазнов. Да-да, тому самому, который теперь встречает тебя каждый день после школы. Но ты не волнуйся, я продолжаю бороться за наше счастье, даже предложение тебе сделал и твой положительный ответ даровал мне надежду, что для нашего будущего брака ещё не всё потеряно.
И кто поверит в этот бред пьяного коня?!
Мы дошли до ворот и по мере нашего приближения Вэйдалл хмурился всё сильнее, вероятно, заметив слегка ошарашенное выражение моего лица. Под аркой Гален поравнялся со мной, взял мою руку и протянул Вэйдаллу.
— Вот, передаю тебе нашу очаровательную птичку в целости и сохранности. Сдал-принял, — Гален подхватил руку настороженного на него взирающего собрата, вложил в ладонь Вэйдалла мои пальцы, козырнул шутливо и, движением лёгким, мимолётным коснувшись моего бедра, направился обратно к школе.
Мы оба посмотрели в спину Галену растерянно, непонимающе.
— И что на сей раз? — наконец произнёс Вэйдалл.
Я пожала плечами.
— Он и впрямь называет меня птичкой? — уточнила я.
— Да. Иногда, — не отпуская моей руки, Вэйдалл повёл меня к автомобилю.
И Гален сказал «наша». Понимаю, что он это по привычке сказал или машинально, не задумываясь о смысле, что это глупая незначительная мелочь, но всё равно неожиданно приятно.
Мы сели в автомобиль, и машина отъехала от школы.
— Как прошли уроки? — спросил Вэйдалл.
— Уроки? Нормально, — ответила я, собираясь с мыслями. Ночное происшествие важнее наших с Галеном шалостей. — Вэйд, прошлой ночью у меня был… незваный гость.
— Гость?
— Демон. Он, правда, не представился, но…
— Он ничего тебе не сделал? — мужчина окинул меня встревоженным взглядом, снял одну руку с руля и, потянувшись ко мне, быстро провёл ладонью по моему телу от плеча до колена, словно проверяя таким странным способом на наличие каких-либо повреждений. И страх хлестнул плетью, оглушив на мгновение, заставил вздрогнуть. Страх за меня, страх, что со мной может что-то случиться.
— Нет-нет, физического вреда он мне не причинил, — заверила я торопливо. — Только напугал.
— Прости.
— За что?
— За столько лет я научился отсекать запахи, контролировать внешние проявления эмоций, но закрываться от кого-то вовремя ещё не привык, — Вэйдалл сел ровно, сосредоточил взгляд на дороге. — Забываю, что эмпатическая связь двусторонняя.
И в результате я ощущаю вспышку его чувств, особенно сильных, резких. Хотя тоже приятно, что он обо мне так беспокоится, и беспокоится искренне, а не потому, что надо изобразить должное волнение за ближнего.
— Всё в порядке. Честно.
— Демон что-нибудь сказал?
— Он заявился ко мне посреди ночи, — начала я. — Я спала и в какой-то момент проснулась… и увидела его. Чёрное тело, красные узоры, человеческое лицо.
— Он был в твоей комнате? — голос оставался ровным, спокойным, но мне отчего-то стало не по себе.
— Да… — я помедлила в нерешительности. Что, если я расскажу о попытке изнасилования, и Вэйдалл умчится демона четвертовать? С демонами не шутят, разве что будучи с ними на короткой ноге, и дорогу им стараются не переходить — чревато. И мне не хотелось, чтобы из-за меня Вэйдалл натворил лишних глупостей или ввязался во что не следует. — Он сидел на окне. Сказал, что ему любопытно на меня посмотреть и что он впервые видит… тройную привязку между сиреной и двумя… собратьями.
— Он упомянул о привязке?
— Да.
— Именно о тройной?
— Да.
В салоне повисла пауза. Вэйдалл молчал, продолжая следить исключительно за дорогой, я не решалась нарушить напряжённую, чуткую тишину. Стоит ли сейчас сообщать, что мы с Галеном… как это говорится, пришли к определённому согласию, по крайней мере, по одному вопросу? Или лучше обождать немного?
Машина выехала за город и по сторонам потянулись деревья и ограды поместий, когда Вэйдалл всё же вернулся к нашему разговору.
