Обидно. Я помочь хотела и, чего уж от самой себя скрывать, продемонстрировать Галену, что я тоже что-то могу, что я не какая-нибудь бестолковая девица, не способная и шагу сделать без веления мужа и господина.
И досадно. На себя — о необходимости защиты и духах вспомнила я лишь сейчас. И впрямь сунула столовую вилку в рабочую розетку, а теперь удивляюсь, почему в ответ током ударило.
— Ева, — Гален прижал меня к своей груди, поцеловал в висок, продолжил едва слышно, ласково: — Глупышка, я о тебе беспокоился. Ты пострадать могла, и пострадать серьёзно.
— И освободила бы вас обоих от навязанных обязательств, — пробормотала я непримиримо.
— От них уже не освободиться, никому из нас троих. И я предпочитаю быть в своём уме и с тобой, чем безумным маньяком без тебя.
Я опустила голову, действительно ощущая себя идиоткой. Привыкла думать только о себе, а о факте, что нас в связке трое и у каждого на этот счёт свои мысли и чувства есть, вспоминаю нечасто. Равно как и о том, что это Вэйдалл не против обретения пары, а Гален-то к другой жизни привык, наверняка ни в чём себе не отказывал и постоянная девушка, фактически жена не входила в его планы так же, как и в мои не вписывались нежданно-негаданно свалившиеся сомужья. И любой риск, которому я осознанно и не очень подвергаю себя, тем более смертельный, будет в первую очередь отражаться на моих связанных. Они обязаны меня спасти, а если не получится, то они сойдут с ума. По моей вине.
Шмыгнув носом, я торопливо обняла Галена за шею, уткнулась лицом в его плечо.
— Прости меня, пожалуйста, — зашептала я сбивчиво. — Я правда не хотела, просто не подумала и оно как-то вышло… случайно.
— Знаю, что случайно, — мужчина погладил меня успокаивающе по спине.
— Я больше не буду, честное слово.
— В этом я уже не так уверен.
— Гален…
— Что?
— Ты не злишься на меня? — спросила я осторожно.
— За что?
— За то, что я веду себя как скандалистка, истеричка и не слушаюсь тебя, хотя ты старше, опытнее и вообще, тебе виднее.
Ответил Гален не сразу. Я ощущала слабые, словно долетающие издалека отголоски его тревоги, страха и некоторого удивления, растерянности, будто мужчина совсем не ожидал испытать то, что испытывал, и эмоции эти оказались для него в диковинку.
— Злюсь. Ты своенравная, непокорная, временами зверски раздражаешь, и ты заставила меня испугаться впервые за два с лишним века. Испугаться за тебя, Ева. Ты не представляешь, насколько странно начать вдруг снова беспокоиться за кого-то и не за Вэйда, который давным-давно уже взрослый и способен сам справиться с большинством проблем, а за маленькую хрупкую птичку. За свою пару, дерзкую, беззащитную и желанную, — Гален неожиданно усмехнулся мне в волосы, рассыпанные в беспорядке по плечам. — Дирг побери, я уже рассуждаю как Норд. Так и знал, что это заразно. Ты смотри, скоро начну велеречивые поэмы писать в твою честь.
— Не надо поэм, — Гален-поэт мне как-то не представлялся. Вэйдалл — возможно, а Гален… нет. — Ты мне и без поэм нравишься, такой, какой есть, хотя справедливости ради замечу, что я тоже отнюдь не от всех черт твоего характера в восторге.
— Имей в виду, я предложил, ты сама отказалась. И жить идеальным было бы слишком скучно.
Минуту-две мы просто сидели молча и в обнимку, наверное, впервые с момента нашего знакомства испытывая друг к другу нежность тёплую, умиротворяющую. Нам не надо говорить об этом вслух, достаточно не закрываться, чтобы один мог ощущать эмоции другого, и мне виделась в нашем единении новая ступень, новая сторона наших отношений. Не препирательства, не взаимные обвинения, не страстный секс, а осознание, что нам может быть хорошо друг с другом и без бурных соитий где придётся, что мы можем не только ругаться. И грела приятно мысль, что я всё-таки интересую Галена в ином качестве, нежели добавка к утреннему кофе.
— Что ж, раз буря в семейном гнёздышке улеглась, то давайте перейдём к делу, — внезапно заговорил Арлес, вынуждая нас неохотно, разочарованно отстраниться друг от друга. — Не знаю, как вам, но лично мне неохота торчать тут до вечера.
Я осторожно встала с колен Галена — он больше не удерживал меня, однако посмотрел многозначительно, явно предлагая позже продолжить наше благое начинание, — поправила платье, собрат поднялся следом, отряхивая брюки.
— Ты собиралась что-то сделать с защитой? — уточнил демон у меня.
— Нет. Я надеялась, что, возможно, удастся определить по энергии полога, какое божество или существо даровало её.
— И в результате открыла сознание всем желающим, — заметил Гален неодобрительно.
— Помню боль, прежде чем я отключилась, — нахмурилась я.
— А, это, — нарочито небрежно ответил Арлес. — Надо было разорвать контакт, а у него рука бы не поднялась тебя ударить.
— Ты меня ударил?!
— Производственная необходимость, не более.
И как реагировать — поблагодарить наёмника или пока лучше не рисковать нашим с Галеном хрупким перемирием?
— Кто-то тут вроде хотел к делу перейти, — напомнил Гален сухо, коснувшись моих пальцев.
— А мы и говорим о деле, — не смутился демон. — Смогла что-то определить?
