Не считая моих сестер-двойняшек, которых теперь воспитывала в Дели сестра мамы, из старших детей только у меня одной не было своего ребенка. Чтобы компенсировать этот недостаток, я окружила себя теми, кто был мне ближе всех. Например, я попросила отца, чтобы он назначил Низама моим слугой. Моя просьба была удовлетворена, и Низам вскоре стал моей тенью. Он был немногословен, но я могла доверить ему даже свою жизнь. Он всегда оказывался там, где был мне особенно нужен.
Также я часто встречалась с Ладли. По моему настоянию она помогала мне при строительстве мавзолея. Благодаря своему зажигательному характеру она стала любимицей строителей мавзолея, и те с готовностью выполняли ее распоряжения. И чернорабочие, и мастера-каменщики стремились привлечь к себе внимание Ладли, так как все мужчины знали, что она не замужем, а ее красота с каждым месяцем становилась все ярче.
Иса возложил на меня множество обязанностей. Он объяснял, что должно быть сделано, и я следила, чтобы строители в точности следовали его указаниям. К тому же у него не было ни времени, ни желания улаживать конфликты, которые были неизбежны при осуществлении столь грандиозного проекта. К счастью, мама, по собственному опыту знавшая, что разрешение спора между рабочим карьера и владельцем слона – дело столь же непростое, как и примирение двух рассорившихся вельмож, научила меня искусству дипломатии. И хотя меня обожали меньше, чем Ладли, мужчины, казалось, относились ко мне с уважением и доверием. Им было известно, что на должность помощника Исы меня назначил отец и что каждый вечер я докладываю императору о наших успехах и неудачах.
Мой первый серьезный провал, если можно так выразиться, случился на третьем году строительства мавзолея. Помимо собственной воли я оказалась вовлечена в одно судебное разбирательство. Преступление совершил алчный торговец. Его уличили в том, что он взвешивает зерно покупателям на весах с утяжеленным грузом. В результате те, кого он обманул, потребовали для него наказания. Таким образом, сам торговец и все, кто знал про его умысел, в том числе его двенадцатилетний сын, были приговорены к смерти.
Казнь проходила в одном из самых больших дворов Красного форта, где собрались представители знати и простолюдины; они расположились по кругу. Посреди двора возвышались три боевых слона, украшенные церемониальными шелками. Специально обученные калечить и убивать, эти животные беспокойно переступали ногами, оказавшись окруженными шумной толпой. Перед гигантами на коленях стояли шесть преступников. Раздался барабанный бой, зрители подались вперед. Торговец стал молить о пощаде, напуганный мальчик громко заплакал.
Отец, Дара и я сидели в беседке на возвышении, откуда просматривался весь двор. На одном из слонов сидел Аурангзеб. Мой брат уже несколько лет участвовал в боевых действиях и имел вид закаленного воина. Он был в кожаных доспехах; на его подбородке выделялся шрам, оставшийся от раны, полученной в результате взрыва, от которого погибли многие из его солдат. Он гордился своим шрамом и не пытался скрыть его под бородой.
Аурангзеб взял в привычку есть сырой лук, и сейчас, сидя на своем любимом животном, он тоже грыз луковицу. Я по собственному опыту знала, что лук раздражает глаза тех, кто находится рядом с Аурангзебом. А мой брат любил доставлять неудобства и обязательно жевал это растение с резким запахом в присутствии тех, кто ему не нравился. А ему, за исключением нескольких человек, не нравилась вся империя. Как ни странно, на самого Аурангзеба лук не действовал.
Балкхи, телохранитель Аурангзеба, тоже сидел на слоне. Мы все уже знали о его зверствах, и даже те из нас, кто обладал властью, старались не попадаться ему на глаза. Это был самый настоящий головорез, а головорез, которому Аурангзеб предоставил полную свободу действий, был воистину опасен.
Отец ненавидел подобные зрелища, но понимал, что без них не обойтись. Он велел привести наказание в исполнение. Такие казни не были редкостью, так как считалось, что тот ужас, который испытывают преступники, служит хорошим уроком для любого, кто замышляет серьезное преступление. Толпа знала, что должно произойти. Некоторые проклинали торговца и его людей, другие бросали в них гнилыми овощами.
