Сначала робкие шаги сменились более уверенными. Весна все смелее входила в свои права, обещая северянам раскрасить окружающий мир отсветами зелени. У каждого жителя этого сурового края вместе с природой расцветала и душа. И пока взрослые готовились к тяжелому труду, дети, беззаботно смеясь, играли у растрескавшегося льда.
Асгейр и сам поневоле чуть не последовал их примеру. Задумавшись, он не успел заметить, как Давен направил к нему очередную доску на лебедке. Та хорошенько приложила его по спине, и от купания в ледяной воде спасла лишь удача. Уже пару недель работа в порту кипела. Торговцы готовили вместительные и грузные кнорры, викинги проверяли оснастку быстроходных и легких драккаров, в случае необходимости заменяя детали. Только рыбаки пока еще медлили. Их лодочки мерно качались на волнах в стороне.
Лихорадка давно покинула тело Асгейра. Намного сложнее было восстановится после нее, и местами на теле мужчины все еще виднелись выпирающие кости. Но Вигдис при помощи советов сейдконы смогла поставить его на ноги за пару месяцев, молчаливо осуждая за поступок с Савраской. Ее взгляд непостижимым образом соединял в себе сочувствие и обвинение. Асгейр был готов испарится еще в первый день, ощущая себя под этим взглядом слабым щенком и злясь на женщину еще больше. Несмотря на то, что он видел рабыню несколько раз, а взгляд подмечал свежие синяки на светлой коже, викинг не жалел о своем поступке. Он сделал так, как было должно.
– Не зевай! Брисинги тебя дери… – Давен перебрался на борт, пребывая в невероятном настроении, когда даже кровь поет и кажется, что любое дело по плечу. Он всей душой любил корабли и море. Не удивительно, что именно его имя на слуху на всем западном побережье.
Почесав заживший, но временами все еще зудящий шрам на левой щеке, порядком подпортивший тонкие черты лица воина, Асгейр вместе с Йоном передал товарищу новую головную фигуру их корабля. Еще не пропахшая солью морей сосна выглядела устрашающе: пасть дракона скалилась, обнажая остроконечные клыки, маленькие глазки, спрятанные под мощными надбровными дугами, зло смотрели вперед, гребень же, воинственно идущий от переносицы, плавно переходил на спину, чтобы уже на корабле незаметно слиться с основанием, представляя драккар, как единое хищное существо, призванное наводить страх и панику на жителей далеких поселений.
– Если бы ты с такой же миной с корабля сходил, то мы бы брали селения без боя, – расхохотался Йон, наблюдающий, как корабельщик крепит фигуру к носу. Он скинул куртку, оставшись в одной рубахе, и облокотившись о борт, наполовину свешивался над водой. Слабый ветер трепал льняные волосы, придавая мужчине мальчишеский вид.
– Я сейчас твою мину сюда прикручу, – не оборачиваясь проворчал Давен.
– Куда Вальград запропастился? – Йон обернулся неожиданно резко, всматриваясь в Асгейра, который крепил с внешней стороны борта расписные щиты.
– Его забрал Мортен. Они вернутся вместе с Хэконом по воде завтра, – Асгейр задумчиво прошелся взглядом по берегу, на несколько минут отвлекаясь.
Среди играющей детворы маячила тройка призрачных силуэтов. Асвер, Вагни и Брита. Двое из них погибли от лихорадки под конец зимы, один провалился под лед. Тело его так и не смогли найти. Несмотря на появившихся духов, которые казалось ежедневно спускались с Хэльгафёлла, эта зима была благосклонна к ним. Даже болезнь унесла не многих. Маленький Сверр, несколько дней пробывший на грани и чуть было не пересекший Гйоль, смог побороть болезнь и уже не напоминал поднятый скелет. Это вселило в душе рыжего викинга тепло и благодарность богам.
– Эгей! Он отправился в Хардангер без дружины? – непомерно удивился Йон, взъерошивая и без того лохматую гриву волос.
– Нет, просто с малой ее частью, – драконья морда прочно сидела на носу драккара, и Давен внимательно оглядывал свой труд, проверяя крепеж. – Нам нужно закончить с кораблями.
Мужчины бы и дальше продолжили свой неспешный диалог, разбавляя труд, но у порта появилась дородная Дорта, каждый день приносившая им молока и лепешек. Огромная и явственно тяжелая корзина опасно кренилась, но руки женщины крепко держали ее.
– Ах, вы, охальники! – моментально запричитала Дорта, как только ее глаза заприметили устрашающую фигуру корабля.
Приближаясь к раскачивающимся на слабых волнах судам, что были наполнены работающими мужчинами и женщинами, она не переставала призывать на голову Давена и его помощников гнев богов:
– Злых духов на нас накликать хотите, ироды? Что ж вы харю то его не прикрыли!
Асгейр не смог сдержать смеха, наблюдая за возмущением женщины. Однако, помог Давену натянуть на драконью голову шерстяное полотно. Драккары издревле украшали резьбой и фигурами драконов. Они должны были сеять страх и приносить воинам удачу. Но также считалось, что именно носовая фигура приносит на ту землю, куда устремлен ее взор, несчастья и беды. Именно поэтому на зиму их было принято если не закрывать тканью, так снимать с корабля, являя миру лишь в тот момент, когда викинги отправлялись в набег.
