— За что? — снисходительно посмотрела на него Лия, — думаю, вам стоит проверить одну из ваших бывших любовниц, им-то действительно есть за что вам мстить! Кроме того, некоторые из них вполне могли воспользоваться своей магией, чтобы подлить или подсыпать вам нечто.
— Действительно, рен Диар, вы ведете себя по меньшей мере странно, и это вызывает сомнения в вашем душевном здоровье. Обвиняете мою ученицу невесть в чем, не имея не только доказательств, но даже мотива ее предполагаемого проступка, не говоря уже об отсутствии возможности его совершить! Кстати, о мотивах… Теа Лия, предположим, вы бы знали, как это сделать, при каких условиях вы бы решились на такое?
— Чисто теоретически? — уточнила Лия и сделала вид, что глубоко задумалась, затем тряхнула головой, — ну вообще-то в одном совершенно невероятном случае я могла бы использовать нечто подобное в качестве наказания.
Декан с интересом посмотрела на нее:
— Уточните!
— Видите ли, рея Тарина, рены… Возможно, вы знаете, что я наполовину торнейка, а в Торнее весьма жестокие законы. Есть преступление, наказанием за которое служит кастрация, а поскольку это противно моей натуре целителя, я вполне могла бы заменить его этим, — она сделала изящный жест рукой в сторону Диара.
— И что это за преступление? — поинтересовалась рея Тарина, а рен Гориэт помрачнел и бросил на Диара взгляд, полный подозрений.
— Изнасилование. Но не будет же рен Диар утверждать, что он пытался меня изнасиловать, не так ли? Это было бы по меньшей мере странно!
Рея Тарина посмотрела на сжавшегося под её взглядом Диара:
— И глупо, учитывая, что ему грозит в таком случае! Рен Диар…
— Я прошу прощения за клевету в адрес теи Лии, — глухо отозвался тот, — и готов понести любое наказание.
Декан повернулась к девушке:
— Теа Лия, что скажете?
— Я не буду требовать наказаний, понимая, каким ударом эта ситуация стала для рена Диара, — тут же откликнулась та, — но вместе с тем прошу потребовать у него слово чести, что он более не подойдет ко мне ближе, чем на пять шагов, и не сделает ничего, что могло бы причинить мне вред. Тем более что совместных занятий у нас больше не будет, за исключением физической подготовки, а значит, проблем возникнуть не должно.
— Он даст это слово, — кивнул декан боевиков, — рен Диар?
— Клянусь честью рода дер Фалдон, — нехотя процедил тот.
— Еще раз простите за беспокойство, рея Тарина. Рен Диар, следуйте за мной!
Когда мужские шаги затихли в коридоре, рея Тарина повернулась к Лие и внимательно посмотрела на нее, девушка ответила ей бестрепетным взглядом.
— Прекрасно, теа Лия, — по губам декана скользнула легкая улыбка, — я все отлично поняла. Вы можете идти, и удачи вам на экзамене. Впрочем, судя по словам тена Хонера, она вам не пригодится! Ах да, чуть не забыла… Боюсь, я буду вынуждена вас огорчить: в отличие от ваших одногруппников, которые на практике будут работать в качестве помощников действующих магов-целителей — нововведение этого года, вам предстоит проходить практику в больнице, совсем как одному из обычных целителей. Увы, магов-целителей не так много, чтобы мы могли найти куратора для каждого из наших учеников…
— Я не посрамлю чести Школы, — спокойно ответила Лия, — пусть я и не могу пока исцелять, зато вполне могу увидеть, что именно болит у человека, да и зелья варить тоже.
— Я искренне рада, что не ошиблась в вас, — рея Тарина тепло улыбнулась ей, — кстати, если вы не против, тен Хонер будет вашим куратором. А вы не знали, что он еще и в больнице работает?
Девушка покачала головой и добавила:
— Я буду рада работать под руководством тена Хонера.
— Можете идти, и будьте осторожны, особенно за воротами Школы: вы приобрели могущественных врагов, которые ничего не прощают и не забывают!
— Благодарю, рея Тарина, — Лия присела в низком реверансе.
Привлекательный мужчина в синем с серебром камзоле откинулся в кресле и насмешливо посмотрел на Диара. Сейчас любой сказал бы, что сын — молодая копия отца, разве что глаза у старшего дер Фалдона были более светлыми, небесно-голубого оттенка. Впрочем, сейчас их цвет потемнел до серо-грозового, заставляя Диара слегка поеживаться — в гневе отец был страшен.
— Блестяще, просто блестяще, — покачал головой Этрей дер Фалдон, — какая же умница! Подумать только, простолюдинка так изящно переиграла моего сына! То, что ты полгода поспишь в собственной постели и в одиночестве — пустяки, а вот другое… Ты сам-то понимаешь, что она, подстроив это, практически заставила тебя признаться в попытке изнасилования при свидетелях? Да каких свидетелях! С реей Тариной невозможно договориться и ей невозможно пригрозить! И уж будь уверен, она все прекрасно поняла!
— Может, это и правда не Лия сделала, — пробормотал Диар, старательно избегая взгляда отца, — у нее действительно не было возможности…
