Нажимаю на ручку локтем, поддеваю дверь носком ботинка и открываю ее. Вхожу спиной, дверь захлопывается, и я разворачиваюсь лицом к столу, на котором сидит Рэйчел, раздвинув ноги, в одном красном нижнем белье и замшевых черных сапогах выше колена. На макушку нацепила идиотский красный колпак Санты и свесила конец на бок.
Мать твою. Только этого мне не хватало.
– Что за хрень? – едва не роняю стаканы, оба из которых предназначены мне, а никак не ей. – Трахалась вчера с Сантой и обчистила его квартиру? Имей в виду, я не буду тебя прикрывать.
– Это… – демонстративно обводит руками свою фигуру. – Твой рождественский подарок, – она соскакивает со стола и идет ко мне, виляя бедрами на высоченных шпильках. – Я звонила тебе вчера весь день.
– Я в курсе.
Она подходит ближе, забирает выпивку из моих рук и ставит ее на ближайший шкафчик.
– Я думала, что мы отметим Рождество по-своему, – возвращается ко мне и пробегается пальцами вдоль моего плеча. Пышная грудь в кружевном лифчике льнет к моему торсу, и затвердевшие соски, которые совершенно не скрывает клочок прозрачной ткани, трутся об мой пуловер.
Рэйчел снимает с себя красный колпак, цепляет его мне на голову, пока я прибываю в легком шоке, берет мою руку и прикладывает ее к своей груди.
– Повторим, как раньше? Ты ведь любишь игры, – томно выдыхает она, касаясь второй рукой пряжки моего ремня. – Я была такой плохой девочкой, Санта… – поглядывает на меня исподлобья и театрально надувает губы. – Такой непослушной и похотливой… – надавливает ладонью на мой член через джинсы. – Накажи меня, Санта.
Я дергаюсь, чтобы отстраниться, но не успеваю – дверь в кабинет распахивается слишком быстро. В проеме стоит Серена с ведерком, полным льда, и синие глаза моментально наполняются слезами.
– П-простите, – дрожит ее голос. – Я, кажется, не вовремя.
Ведерко падает на пол. Лед сыплется в разные стороны, а она срывается с места и убегает прочь. Моя рука слетает с груди Рэйчел и сжимается в кулак.
Игра выдалась занимательной, но какого черта все пошло не по моим правилам?
Юджин точно прибьет меня.
Сорвала торжественный вечер, не получила ни цента, забыла свою шубу и смылась с работы с главным придурком вечера. И явилась домой только под утро.
На его месте я бы уже выставила себя за порог. И живи, как хочешь.
Очень тихо проникаю в квартиру, снимаю одежду в гостиной и натягиваю длинную футболку Юджина, радуясь, что хотя бы приняла у Эзры душ, и теперь не придется совершать лишние телодвижения, рискуя разбудить друга.
Я пахну его гелем для душа.
Позвоночник усыпается дрожью от одного мимолетного воспоминания о нем.
«
Я бы все сейчас отдала за то, чтобы быть смелой и вернуться в его постель. Чтобы найти в себе силы не стыдиться своего тела утром. Чтобы найти уверенность в том, что я смогу понравиться ему даже такой… Изуродованной.
– К черту, – шиплю сквозь зубы и крадусь в спальню.
Нужно поспать хотя бы пару часов перед тем, как получить полный разнос от Стенли. Она наверняка пошлет меня ко всем чертям. И я это заслужила.
В спальне, развалившись на всю кровать, похрапывает гигантское тело Юджина в пижамных шортах и футболке, которые я подарила ему еще в Нью-Йорке, чтобы он не лез в одну на двоих постель в одних трусах. Приятно, что он до сих пор соблюдает это правило, даже в своей квартире.
Заползаю на кровать и вытаскиваю кусок одеяла из-под Юджина, чтобы укрыть хотя бы ноги. Устраиваюсь на самом краю, ложусь на бок, спиной к другу, и закрываю глаза.
Надо попытаться уснуть. И не думать об Эзре.
Зажмуриваюсь и крепче обхватываю себя руками. Спать. Просто уснуть. Блокировать воспоминания и отключиться.
А если я хочу быть рядом? Даже когда страшно. Даже когда он звереет. Даже если он на самом деле проклят. Тогда нам точно по пути.
Сознание поражает образ Эзры, впечатывающего кулаки в лицо брата. Брызги крови на полу и рубашке Эзры. Его исказившееся в ярости лицо. И сила, с которой он бил. Клянусь, он был готов прикончить его прямо на месте. Прямо там, на глазах у своей матери.
– Господи… – переворачиваюсь на спину и с тяжестью всасываю воздух.
Мозг разрывается от непонятной информации. Голова раскалывается от событий. Тело ноет от отпечатков Эзры.
Они везде.
