– Мое совершенство… – шепчет на ухо и целует меня в шею. Затем выше. Выше… И еще выше, подбираясь к губам. Господи… Мои коленки начинают подкашиваться.
– С днем рождения, мой Дьявол, – тихо проговариваю ему в губы. – И сегодня я у твоих ног.
– О ч-черт… – Эзра притягивает меня еще ближе и сжимает в объятиях так крепко, что невозможно продохнуть. – Нам точно нужен этот ужин? Я могу полакомиться кое-чем в разы слаще, – касается губами моего уха и хрипло шепчет: – Между твоих ног…
Матерь Божья…
Клитор начинает пульсировать, и я сжимаю ноги. Если сейчас же кто-нибудь не вмешается, я сама уволоку его в спальню.
– С днем рождения, сын, – Ник подступает к нам, и Эзре приходится выпустить меня из своих рук. – Оставь Серену в покое хотя бы на секунду и обними отца.
Эзра принимает объятия Ника, и тот хлопает несколько раз по его плечу. Эзра улыбается. И это так красиво. Так искренне. Я бы хотела всегда видеть его именно таким.
– Береги ее, – слышу, как шепчет Ник, а Эзра поглядывает на меня из-за его плеча и произносит одними губами «всегда», так, чтобы заметила только я.
Мне тепло. В груди разливается приятное, тянущее чувство, от которого хочется сиять и парить в воздухе. Это ли не счастье?
– С днем рождения, Эзра, – ровно произносит Бостон, и Эзра отстраняется от Ника.
Без лишних слов Бостон протягивает ему запакованный подарок в разноцветной обертке и с красным блестящим бантом.
– Я сам накопил, – добавляет он. – И мне кажется, тебе это нужно.
Эзра непонимающе смотрит на него, затем на меня, но я лишь пожимаю плечами, недоумевая, что задумал Бостон. Судя по выражению лица Ника, он тоже не знал о подарке.
Эзра аккуратно срывает обертку и теперь держит в руках пустую рамку для фотографии. Красивую, аккуратную, из черного дерева.
– Я видел ту… – говорит Бостон. – Из твоего ящика возле кровати. Она старая. А та фотография, кажется, для тебя много значит. Пора поменять рамку.
Руки Эзры начинают дрожать. А я, кажется, догадываюсь, о чьей фотографии из прикроватной тумбы идет речь.
Не замечаю, как закусываю губу и позволяю слезе скатиться по щеке, но тут же ее смахиваю. Эзра растерянно смотрит на Бостона. Затем на меня. На Ника. На меня. Я вижу в его глазах проступившие слезы. Он не знает, что сказать. Бостон попал в цель. Он нашел его тайник, о котором не знала даже я. Он нашел
Дети всегда слишком любопытны.
Всегда прямолинейны.
Всегда задевают до глубины души.
– Спасибо… – шепчет Эзра и нагибается, чтобы сжать в крепких руках
Бостон обхватывает плечи Эзры и прикрывает глаза, а мое сердце пропускает удар. Я смотрю на Ника и вижу слезы в его глазах. Стенли тоже раскраснелась и прониклась моментом, а Юджин в недоумении поглядывает на прослезившуюся меня.
Звонок в дверь прерывает нашу затянувшуюся паузу, и я подаю беззвучный сигнал Стенли, что пора всех уводить в гостиную, ведь я знаю,
– Очередной сюрприз? – Эзра кладет рамку на комод и обнимает меня за талию. – Кажется, ты решила свести меня сегодня с ума.
– Прошу, только не злись, – накрываю его щеки руками и притягиваю к своим губам.
– Почему я должен злиться? – улыбается он и оставляет на моих губах невесомый поцелуй. – Да, я ненавижу сюрпризы. Но ведь это же твой сюрприз. А тебя я люблю.
– Помни об этом, когда я открою дверь.
***
В дверном проеме стоит Шейн.
Я была уверена, что он не придет. Что не решится. Не переступит через себя, ведь он тоже зол на Эзру. Но он здесь. В фирменном костюме Kiton темно-синего цвета и пальто, которое забрал из багажника моей машины. Он пришел. Стоит и даже пытается улыбнуться, держа в руках подарочную бутылку коллекционного ви́ски.
У Эзры сжимаются кулаки.
– Какого черта?! – рычит он, но я удерживаю его под руку, не позволяя сорваться.
– Перестань, – шепчу ему на ухо, едва дотягиваясь. – Пожалуйста. Умоляю. Это я пригласила его.
– Эм… С праздником… Брат, – Шейн осторожно преступает порог и застывает, смотря Эзре в глаза.
– Ты мне не брат, – процеживает сквозь зубы Эзра.
– Мда… – вздыхает Шейн. – Это было плохой идеей.
– Отвратительной, – добавляет Эзра. – Выметайся.
– Нет! – вмешиваюсь я и хватаю за локоть Шейна, который собирался развернуться и уйти. – Останься. Пожалуйста.
– Серена, что ты, мать твою, творишь?! – злится Эзра.
– Почему вы так долго? – за плечом Эзры появляется Ник и замирает в недоумении. – Шейн?!
– Привет, пап, – Шейн возвращается в квартиру, а я прикрываю дверь за его спиной и снова впиваюсь пальцами ему в локоть. На всякий случай. Чтоб не сбежал. – Я подумал… Ч-черт… – Шейн нервничает. – Не знаю, что я там себе подумал. Это все Серена. Она убедила меня прийти.
